В дверях я столкнулся с Гайером, который тоже в этот самый момент пытался выбраться из этого филиала преисподней.

— Как-то тебя слишком быстро отпустили, — недовольный этим обстоятельством, я нахмурился, поглядывая на оборотня с неприязнью.

— Шёл по проторенной дорожке, — философски произнёс Гайер. Вот у кого точно не было никаких проблем с этим змеиным отделом во главе с Хлоей. Хотя, чему мне удивляться? Вампиры и оборотни всегда на ножах и клыках, как исторически сложившийся факт, а наши местные умельцы, сделав вампиров похожими на людей, ослабили их до предела, не оставив и трети их скорости, реакции и силы. И раны, нанесенные оборотнем в полной трансформации вампиру, будь то вампир Сити, или их далекие истинно кровососущие предки, приносили им неприятные смертельные последствия. И то, что Гайер — оборотень, давало ему большое преимущество в делах с локальным начальством. Генетический страх и уважение просто так не переделаешь, даже здесь, за стеной. Хотя может я просто взвинчен и себя накручиваю попусту?

— Вот скажи, зачем нам куда-то ехать? — после непродолжительной паузы хмуро поинтересовался оборотень у меня, чем вывел из напряженного обдумывания несправедливости мироздания и межрасовых конфликтов.

— Понятия не имею, — я пожал плечами. Сам не понимаю, за каким хреном Маме понадобилось идти на поводу у этого агента недоделанного и отправлять нас в эту дыру.

— Может, эксгумировав второе тело, ты сможешь понять мотив…

— Гайер, это серийный убийца — ему не нужен мотив, — я покачал головой. — Ну, допустим, мы увидим, что между телами есть сходство…

— Например, они оба были при жизни троллями…

— Или не троллями…

— И оба будут такими бессердечными…

— И что это нам даст? — я проигнорировал тупой выпад оборотня. — А не даст нам это ровным счетом ничего.

— Тогда зачем мы едем? — Гайер тяжко вздохнул. — Да ещё и на лошадях. Какой-то анахронизм.

— Ну, Королевствам некогда приводить дороги в порядок, они с Империей постоянно отношения выясняют, так что…

— А если не с Империей, то друг с другом, — Гайер поморщился. — Я сомневаюсь, что у них там найдется подходящее оборудование, чтобы приличную аутопсию провести.

— Гайер, боюсь тебя разочаровать, но тебе жутко повезет, если в их морге приличные скальпели обнаружатся. Ты что не знаешь, что все, кто живет за стеной, просто помешаны на аутентичности?

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что мы вполне сможем самого настоящего рыцаря встретить или эльфийского лучника…

— Акстись, Бергман, из луков даже в Королевствах уже никто не стреляет, — фыркнул Гайер.

На удивление, мы оба оказались правы. Во всяком случае, вид коротко стриженного эльфа в костюме-тройке и коротком пальто, крепящего под пиджак сбрую для пистолета — это было вполне привычное для нас зрелище. А вот лежащий рядом на скамеечке самый настоящий боевой эльфийский лук и колчан со стрелами, ввели нас с Гайером в ступор. Я всё никак не мог представить, как этот лук будет смотреться на нём, учитывая его одежду.

Мы наткнулись на Нарамакила перед входом в конюшню, где он, очевидно, ожидал нас.

— Лук? Серьезно? — я подошел поближе и с любопытством принялся рассматривать древнее оружие. — Вам не кажется, агент, что это будет немного не стильно? — я протянул руку, чтобы потрогать изогнутое плечо, но меня остановил вскрик.

— Не трогайте! — я отдернул руку и повернулся к Нарамакилу, который закрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоиться. — Детектив, я понимаю, что для вас это кажется чем-то странным, но прошу вас, никогда не прикасайтесь к чужому оружию, особенно, когда мы выедем за ворота.