|
Он что-то напевает себе под нос и помешивает омет на плите. Рядом с ним стоит деревянный поднос, закрытый к завтраку: корзинка с кексами, стакан апельсинового сока, кофе и ваза с букетом крупных, покрытых росой алых роз.
Это еще что такое? Я все еще не произношу ни слова. Облокачиваюсь о дверной косяк и продолжаю смотреть на него. Спустя несколько секунд Брэд оборачивается и подскакивает на месте: явно не ожидал увидеть меня.
— Привет, дорогая, — как ни в чем не бывало произносит он, подходит ко мне и целует в губы. Я не могу позволить ему поцеловать себя. Не могу притворяться, что ничего не произошло. У меня чувство, будто меня предали. Резко поворачиваю голову, поэтому он просто слегка касается губами моей щеки.
— Извини, — говорит он. — Мне очень жаль, что все так получилось.
— Что случилось? — даже я не ожидала, что мой голос прозвучит так холодно. Так сурово. — Где ты был?
— Переговоры закончились так поздно, что я уснул в офисе.
— Где в офисе?
— Клянусь, — Брэд видит, что я ему не верю. — На кушетке в приемной. Уборщицы чуть с ума не сошли, когда обнаружили меня сегодня утром.
— Почему ты не позвонил? Не дал мне знать, где ты? — это уже больше похоже на хныканье. Нет, нужно говорить сердитым, а не обиженным тоном.
— Я знал, что ты встречаешься с подругой. Совещание закончилось очень поздно. Я решил, что ты уже спишь.
— Ты решил: ладно, уже поздно, пусть она думает, что я попал в автокатастрофу.
— Извини, дорогая, я и не подозревал, что ты будешь так волноваться. Я думал, ты уже давно спишь, а когда проснешься утром, я буду уже дома.
— Не могу поверить. Ты такой эгоист, — осторожно, осторожно. Мне не хочется устраивать сцен, потому что все-таки он — мой первый настоящий бойфренд. И не просто бойфренд, а прямо-таки подарок судьбы. Если я начну психовать, то могу отпугнут его. И что мне тогда делать?
— Джей-Джей, прости меня. Ты права. Я эгоист но этого больше не повторится, обещаю.
У Брэда виноватый вид, по-моему, он говорит искренне. Он в раскаянии опустил голову, прямо как маленький мальчик. У него такой несчастный и ранимый вид, что я не выдерживаю. Я должна простить его, разве я могу поступить по-другому?
Вы, наверное, подумаете, что зря я так сразу его прощаю. Может, подольше помучить его? Пусть почувствует себя виноватым. Но, если не вдумываться, его история кажется вполне правдоподобной, а мне не хочется думать. Мне хочется ему верить. Несмотря на то, что с каждым днем наши отношения становятся все запутаннее. Но я лучше притворюсь, что ничего не происходит. Посмотрите на нас. Со стороны мы так хорошо смотримся. Мы — идеальная пара.
— Хорошо, — отвечаю я, пожав плечами.
— Хорошо? — его лицо светлеет. — Значит, ты прощаешь меня?
— Наверное.
— Я люблю тебя, Джей-Джей, — он обнимает меня и целует в шею, прекрасно зная, что это мое самое чувствительное место.
Я прижимаюсь к нему, ощущаю его запах, жесткую щетину на его щеке, и постепенно обида проходит. Брэд поглаживает меня по спине, медленно опускает руку вниз, пока его ладонь не проскальзывает у меня между ног. Я затаиваю дыхание, и мы опускаемся на пол. Завтрак забыт, и кухня наполнилась нашим шепотом и стонами наслаждения.
— Я люблю тебя, — говорю я. Оказывается, после ссоры особенно приятно заниматься сексом. Мне еще никогда не было так хорошо! И я чувствую себя виноватой от того, что была с ним так сурова, ведь он души во мне не чает. — Извини, что была такой злобной.
Какая же ты тряпка, Джемайма. |