И я забыла самое главное, мне очень нравится заниматься с ним сексом.

Мы чудесно проводим время. Долго, не спеша гуляем по пирсу Санта-Моники, сидим на скамейке и смотрим на океан. Брэд уговаривает меня покататься на аттракционах, но я отказываюсь. Не хочу ощущать себя туристкой, хочу вести себя так, будто я здесь живу, будто я замужем за Брэдом. И по-моему, у меня отлично получается, учитывая, что я провела здесь всего четыре с половиной недели.

Возвращаемся домой по пирсу. Я мысленно улыбаюсь, глядя, как смотрят на Брэда другие женщины. Брэд смешит меня до колик. Он показывает на странно одетую женщину и шепотом произносит:

— Посмотри! Что она на себя напялила? С такими кривыми ногами нарядилась в ковбойские сапоги и ужасную мини-юбку.

Изо всех сил стараюсь не думать о Бене и постоянно напоминаю себе, как мне повезло, что я встретила такого мужчину, как Брэд.

Мы подходим к берегу океана и брызгаемся, как дети, визжим и кричим, играя в воде, а потом долго обнимаемся, лежа на песке. Лишь когда какие-то мальчишки с огромным магнитофоном начинают улюлюкать, мы поднимаемся и идем дальше. Решаем пообедать в отеле «Шаттерс», Брэд утверждает, что это лучший отель в Санта-Монике.

Оказываемся в необыкновенно красивом холле. Отполированные деревянные полы, мягкие белые диваны, великолепные вазы со свежими розами на антикварных столиках. Мы выходим на террасу с видом на океан, наслаждаемся чудесной едой и обществом друг друга.

После обеда возвращаемся домой, садимся в машину и едем на Пасифик Палисейдс. Брэд оставляет машину, и мы два часа гуляем в горах. Представьте себе: дышать свежим воздухом и находиться рядом с любимым мужчиной. Я счастлива, как никогда.

Дома мы решаем вместе принять ванну, Брэд начинает ласкать меня. Так приятно, когда ты вся покрыта мыльной пеной, и его руки скользят по твоему влажному телу…

И тут звонит телефон.

— Не подходи, — я уже почти кончила.

— Нет, — бормочет Брэд, встает и берет трубку в спальне. Я недовольно переворачиваюсь в ванной.

— Алло?

Слышу, как он произносит: «А, привет». Потом молчит, должно быть, слушает кого-то на другом конце. Я заворачиваюсь в полотенце, все еще дрожа от возбуждения. Как я могла жить все эти годы, не подозревая, что могу испытывать такие замечательные ощущения?

А потом, кажется, будто я схожу с ума, клянусь, я отчетливо слышу, как Брэд с кем-то шепчется.

Наконец он кладет трубку, но не возвращается в ванную, а идет на кухню. Я все еще под впечатлением услышанного направляюсь за ним.

— Кто звонил? — делаю вид, что мне ни капельки не интересно.

— Так, по работе.

— Тогда почему ты говорил шепотом? Он сморит на меня таким взглядом, будто я действительно сошла с ума.

— Что ты такое говоришь? Тебе показалось.

И я ему верю.

Все это действительно очень странно, даже подозрительно. Но Джемайма не хочет об этом думать. Она отказывается смотреть правде в глаза. Когда через полчаса Брэду вдруг понадобится срочно уйти, чтобы решить возникшую проблему на работе, ей это тоже не покажется странным. Брэд скажет ей, что он ее любит, и она поверит ему.

И когда наконец Джемайма сядет за стол Брэда, чтобы приняться за написание своей колонки, ей снова попадется на глаза статья о Бене, но Бен — всего лишь фантазия, подумает она. Брэд — реальность. С Брэдом она в сто раз счастливее, чем могла бы быть с Беном.

И Джемайма открывает «Вестник Голливуда» и начинает читать.

Глава 26

Бен собирался позвонить Джемайме.