— Он слишком напуган, чтобы бежать.

— Ничем он не напуган. Ему просто все равно. Мэтт медленно подходил к Соутуту, тот следил за ним злобным взглядом. Храбрый, любящий риск Шон бросился в кораль, схватил поводья и держал голову Соутута, чтобы Мэтт смог сесть в седло. Джейк и Хоук ослабили свои лассо.

— Проваливай! — крикнул Джейк Шону. Мальчик поспешно взобрался на изгородь.

— Ты готов? — окликнул Джейк Мэтта, никак не показавшего, что он слышит. — Полагаю, он готов, как всегда, — буркнул Максвелл про себя.

Он поймал взгляд Хоука, и они одновременно отпустили лассо. Соутут стал брыкаться с удвоенной силой. Меньше чем через минуту Мэтт снова был на земле. Джейк и Хоук вцепились в волочащиеся по земле лассо и заставили задохнувшегося Соутута подчиниться.

— Готов продолжать? — спросил Джейк.

— Нет! — закричала Изабель. — Довольно!

— Пусть сам решает.

Мэтт поднялся и снова двинулся к Соутуту. Снова Джейк и Хоук отпустили лассо, жеребец брыкался, но уже не так стремительно и высоко.

Мэтт оставался в седле.

Соутут ударился в галоп, резко остановился, стараясь перебросить мальчика через голову.

Мэтт оставался в седле.

Соутут снова брыкался и прыгал, резко останавливался, кружился то в одну, то в другую сторону и снова менял направление, но Мэтт оставался в седле. Он усидел, когда Соутут ринулся прямо на изгородь. Усидел, когда тот перемахнул через нее. Усидел, даже когда жеребец наступил на лассо и чуть не упал. Мэтт продолжал спокойно сидеть в седле, когда Соутут остановился почти в полумиле от кораля, бока его тяжело вздымались.

— Ну, будь я проклят, — сказал Брет. — Никогда бы не подумал, что этот мрачный ублюдок справится.

Когда Мэтт подъехал к коралю, подбежал Шон, помог ему удержаться на дрожащих ногах, когда тот спешился, и взволнованно шлепнул по спине.

— Замечательно! Лучшая езда, которую я видел.

— Не так хорошо, как Хоук, — возразил Джейк. — Но так же хорошо, как Чет.

— Думаю, вы ужасны, — возразила Изабель. — Поощрять его рисковать жизнью на этой злобной лошади.

Джейк не ответил. Он смотрел на Мэтта, стараясь увидеть его глаза, и с облегчением заметил проблеск жизни, крохотную искру в пустоте. Мэтт все так же молчал, а Вилл, как всегда, был рядом, разговаривая за него, принимая поздравления.

— Он когда-нибудь говорит? — спросил Джейк Изабель.

— Насколько я знаю, нет, но это не имеет никакого отношения к делу.

— Очень даже имеет. Что-то еще живо в этом парне, что-то, что заставило его выйти вперед, а потом подняться, когда он упал.

Теперь, когда ажиотаж после скачек улегся, мальчики постепенно осознали присутствие Джейка и затихли, глядя на него.

— Есть еще четыре лошади, которым надо напомнить, что такое иметь седока на спине.

Напряженность исчезла. Хоук, Чет и Шон устремились к коралю. Пит, выпаливая тысячу слов в минуту, сопровождал Шона. Люк Аттмор бросился к брату. Вилл выглядел так, словно не знал, что ему делать, но в конце концов остался с Мэттом.

— Время заняться обедом, — сказала Изабель Брету. — Думаю, тебе придется принести воды и поискать сухие дрова.

— Я хочу посмотреть.

— После того, как сделаешь свое дело.

— Я не боюсь.

— Даже и не думала этого.

— Что его гложет? — спросил Джейк, когда мальчик отошел.

Изабель выглядела настолько возмущенной формой вопроса, что Джейк подумал — она не ответит, но девушка произнесла своим самым чопорным тоном:

— Он вырос в Бостоне.