— Я не ребенок! — возмутился Вилл.

— Ему нужен приличный дом и любящая женщина, которая будет заботиться о нем.

Джейк медленно переводил пристальный взгляд с одного мальчика на другого. Вызывающие лица не выражали ни малейшей симпатии к нему или хоть какого-то желания стать загонщиками. Они просто стояли, наблюдая за ним, бесстрастные, как каменные изваяния.

Но они были единственным шансом доставить быков на рынок, спасти хоть что-то из наследства, и Джейк не намерен упускать этот шанс из-за привередливости Изабель. Пора заставить ее понять — для ребят лучше работать на него, чем возвращаться обратно в Остин.

— Пойдемте прогуляемся к коралю, где сможем поговорить без свидетелей.

— В этом нет необходимости. Я не собираюсь говорить ничего, что этим мальчикам не следует слышать.

— Прекрасно, но я собираюсь. Вы ведь не хотели бы оскорбить их нежные души, не так ли?

Она колебалась, но потом позволила отвести себя подальше от мальчиков.

— Согласен, некоторые из них слишком малы, — сказал Джейк, когда они отошли настолько, что мальчики не могли их слышать. — Я возьму Хоука, Чета и Мэтта. И этого большого ирландского парня, если он умеет сидеть в седле. Остальных можете оставить себе.

— Невозможно, — сказала Изабель тоном, означающим «как вы не можете понять простых вещей», который начинал не нравиться Джейку. — Вы не можете разлучить братьев.

— У меня нет времени на маленьких детей, — спорил Максвелл. — Загонщикам придется проводить на ногах целый день. Они должны быть достаточно сильны, чтобы управиться с тысячефунтовыми быками, которые всегда делают то, чего вы не хотите, достаточно опытны, чтобы сдержать бешено бегущее стадо или отразить нападение индейцев, сообразительны настолько, чтобы выжить, как бы ни сложились обстоятельства.

— Шон не оставит Пита.

Джейк был в отчаянии. Нужно быстро заклеймить скот и выбраться отсюда. Если Люк Аттмор окажется хоть вполовину так же хорош, как его брат, он сможет использовать его. Можно оставить Пита и Вилла в лагере. Он отошлет их обратно, когда начнется перегон. Изабель поднимет крик — и парни тоже, — но дело стоит того, чтобы доставить себе беспокойство, если он сможет получить четырех сносных загонщиков.

— О'кей, но я не потерплю их плача и капризов.

— А Брет?

Джейк знал этот тип — высокомерный, упрямый, бесполезный.

— Оставьте его себе.

— Вы не можете оттолкнуть его. Он почувствует себя отверженным.

— Он уже должен привыкнуть к этому.

— Есть еще Бак. Он самый старший.

— Я не могу взять ребенка, который едва может встать с постели.

— Он поправится.

— Хорошо. Вы можете остаться здесь, пока он не окрепнет настолько, что сможет ехать дальше.

Изабель улыбнулась, с видом явного превосходства.

— Это необязательно. Мы уедем утром. Все.

— Но вы сказали… — Джейк умолк. Она завлекла его, позволила торговаться и надеяться и все время абсолютно не собиралась разрешать ему взять парней. У Джейка было сильное искушение связать ее вместе с Мерсером и позволить мальчишкам самим решать свою судьбу.

— Им нужна работа и нужен дом. Я могу дать и то, и другое.

— У вас нет дома. Вы живете в лесу, или где там держите своих коров. У вас нет ранчо. Вы сидите в центре ничего, окруженные ничем, не имея ничего. Бак сказал, что фермеры собираются раздеть вас до нитки. Вы просто хотите использовать моих мальчиков, чтобы спасти свою шкуру.

— Что в этом плохого?

— Все! Как я могу ждать, что вы дадите им приемлемый образец поведения, когда сами не умеете себя вести.