— Мы будем ждать вашего звонка, — сказал Джалобин.

— Да-да, конечно. Договорились.

Вернувшись в машину, Джалобин криво усмехнулся:

— Тот еще клиент! Помяните мое слово.

— Если вы имеете в виду, что ему нельзя доверять, — сказала Филиппа, — то я с вами абсолютно согласна.

— Мне показалось или он правда занервничал, когда понял, что мы готовы ехать на поиски в этот, как его… Мединет-эль-Фаюм? — спросил Джон.

— Точно занервничал, — отозвалась Филиппа. — Я тоже заметила. А ты слышал, как он сказал: «Только я знаю, где он»? Потом он, конечно, поправился. Но такие оговорки неспроста. Есть даже такой термин… когда хочешь сказать одно, а говоришь другое…

— А-а, как же! Оговорка по Фрейду! — подсказал Джалобин. — Суть в том, что существует подсознательная причина для такой оговорки, и иногда эту причину можно вычислить.

— Я думаю, следует сделать именно то, чего он так не хочет, — сказал Джон.

— Что же? — спросила Филиппа.

— Съездить в Мединет-эль-Фаюм. Может, кто-нибудь видел «кадиллак». Машина-то приметная. Не каждый житель Египта разъезжает на старом белом «кадиллаке-эльдорадо».

Джалобин тихонько постучал по пузатой лампе.

— Вы нас слышите, господин Ракшас? — громко спросил он. — Мы собираемся поехать в Мединет искать Нимрода.

В ответ донесся далекий, глухой голос, словно джинн сидел в глубоком-преглубоком колодце:

— Ничего лучшего я бы и сам не придумал. У мальчика замечательная идея.

— Что ж, тогда решено. — Джалобин застегнул автомобильный ремень и ткнул пальцем в ветровое стекло. — Масли, вперед! Мы едем в Мединет-эль-Фаюм. И не жалей лошадиных сил!

Спустя два часа розовый «феррари» остановился на рыночной площади в Мединет-эль-Фаюме, довольно крупном городе на западном берегу Большого Нила. Необычная машина тут же собрала вокруг себя толпу зевак. Масли гордо извлек из кармана фотографии белоснежного «кадиллака-эльдорадо» и принялся расспрашивать местных жителей, не видел ли кто-нибудь накануне вечером такой автомобиль. Так прошел час, но особого толка эти расспросы не дали, и спасатели несколько приуныли.

— Может, лучше просто поездить по окрестностям? — предложила Филиппа. — Вдруг мы сами увидим машину?

Джалобин ткнул пальцем куда-то вдаль, на другой берег оросительного канала, соединявшего город с Нилом.

— Видишь, что там? — спросил он. И сам же ответил: — Там Западная пустыня. Несколько тысяч квадратных миль одних песков.

Потом он ткнул пальцем в противоположном направлении.

— А там что? А там Восточная пустыня. Ничуть не меньших размеров. Ты предлагаешь там поездить? Я не думаю, что это здравая идея.

— Мистер Джалобин прав, — грустно сказал Джон. — Все равно что искать иголку в стогу сена…

— А давай превратимся в орлов или коршунов, — не унималась Филиппа. — Посмотрим на пустыню сверху.

— Не советую, — послышался глухой голос из лампы. — Во-первых, чтобы превращаться в живых существ, требуется немалый опыт. А во-вторых, вы еще не учились летать.

— Значит, отпадает, — вздохнул Джон и в сердцах ударил ногой по камню, как по футбольному мячу.

Солнце тем временем начало клониться к закату.