Он медленно разделся до трусов, забрался на табуретку, которая оказывается, не случайно стояла в центре комнаты, и начал декламировать:

    Целуй, целуй меня везде,

    А особенно в гнезде!

    Моя деточка, моя конфеточка!

    Хлопай ресницами и взлетай!

    Моя бутылочка, моя таблеточка!

    Побриться не забывай...

    Твои губы опять не туда угодили,

    Там их чем-то стальным второпях прикусили...

    Ведь я всего лишь навсего хочу тебе понравиться!

    И спариться, и запариться...

    И че ва-аще тебе и не нравится?!

    Это было чудовищной пыткой - слушать весь этот бред! Я подпрыгивала и ерзала на стуле, пытаясь ослабить путы, и почти сжевала кляп! Злодей прерывался лишь на демонический хохот и с каждым разом подбирался ко мне все ближе и ближе, его возбуждение нарастало...

    Я собрала в кулак всю свою храбрость, дабы хоть плюнуть в маньяка недожеванным мячиком, когда в комнате, сопровождаемая громким хлопком, материализовалась джинния. Вид у нее был какой-то усталый. Она быстро вытащила у меня кляп и с ходу затараторила:

    - Марта Ивановна и вправду почему-то не обрадовалась известию о том, что тебя похитили. Она тут же послала меня за тобой, я не посмела ослушаться уважаемую женщину ее возраста и повиновалась. Хотя она, как и ты, почему-то не понимает, как это хорошо для всех нас, что тебя...

    - Все, хватит повторять «Ах, как восхитительно, что тебя похитили»! - еле отдышалась я. - У меня вся спина в мурашках от твоего цинизма! Развязала бы лучше...

    - Ай, зачем отказываться от похищения таким видным мужчиной?! - Акиса как ни в чем не бывало подмигнула негодяю, по-прежнему игнорируя мои слова и потребности, главная из которых состояла в том, чтобы поскорее отсюда удрать. Было еще тайное желание выбить у извращенца табуретку из-под ног. Но я знала, что вряд ли это сделаю, не позволяет врожденная интеллигентность...

    К счастью, Акиса наконец-то соизволила обратить скептическое внимание на пыльное пространство комнаты:

    - Совсем грязно, э? Где же твои слуги? Почему твои рабы не привели в порядок дом, где ты собираешься поселить свою молодую жену...

    - Хм... ты прервала мой стих, женщина! И как ты вошла? Я ведь запер все двери! - возмущенно воскликнул наш маньяк, шмыгая красным носом. Кажется, он даже не понимал, как дико выглядит в одних трусах и носках, стоя на табуретке с тетрадкой в вытянутой руке и гордо поднятой головой! Хотя, если человек так увлечен своим поэтическим творчеством... Графомания не лечится.

    - Но, быть может, слуги явятся с минуты на минуту?

    - Да разуй же глаза, он полный псих! Сумасшедший, я точно тебе говорю!

    - Вах, воистину так, он немного безумный! Но зато, о недогадливая, с таким мужем милостью Аллаха ни один твой день не пройдет в скуке, - рассеянно отмахнулась джинния, думая о чем-то своем.

    - С каким таким мужем?! - удивился Аполлинарий Феоктистович. - Хм... вижу, это уже далеко зашло. Я не собираюсь ни на ком жениться, к вашему, хм, сведению!

    - Огромное спасибо за поддержку, мерзавец, - хмуро отозвалась я.

    - Аллах услышал тебя, строптивая, этот человек тебя не хочет, - сдалась Акиса и тут же прозрела: - Но зачем тогда ты крал честную девушку, нечестивец? И кто теперь ее возьмет замуж?

    Похититель, гнусно ухмыляясь, попытался изобразить неприличный жест, демонстрируя, что я уже не «честная девушка».