Однажды они случайно услышали разговор матери с Заирой, и он врезался им в память. Заира сказала тогда: «Зря он держит ее одну в большом доме, лучше бы поместил в клинику». А их мать ответила: «Он влюблен в нее, что ты от него хочешь!»

Эти пойманные на лету фразы озадачили девочек. Мало того, что у их мамы с тетей, как они привыкли называть Заиру, непонятные отношения, но еще и папа влюблен в бабушку, словно она его невеста. В семьях их подруг ничего подобного не было. Там мамы спали в одной постели с папами, а не с чужими женщинами, там бабушки не играли в куклы, и в них не были влюблены их собственные сыновья.

– Вероника, не приставай к папе, – одернула дочку Дорина, – дай ему спокойно пообедать.

– Папа, можно мне еще немного грибов? – задала следующий вопрос Вероника, которая в тех редких случаях, когда отец с ними обедал, считала его главным за столом.

– Все-таки странно, что похитители так долго не подают о себе знать, – задумчиво сказала Заира. – После того как они выставили свое первое требование, прошло уже много времени.

– Да, это очень настораживает, – согласилась Дорина, – хотя всякое бывает. Иногда преступники держат свою жертву месяцами, а то и годами.

Обе вопросительно посмотрели на Франко, ожидая, что он скажет, но тот невозмутимо продолжал есть, словно не заметил направленных на него взглядов.

– Тебе тоже положить? – обратился он к Вьоланте.

Протягивая отцу тарелку, Вьоланте неожиданно сказала:

– Какой бардак! Правда, папа?

– Ты слышишь, как выражаются твои дочери? – обрадовавшись, что можно сменить тему, обратилась к Франко Дорина.

– Что ты имела в виду? – спросил Вассалли девочку, не обратив внимания на выпад своей бывшей жены.

– Разве ты сам не говорил, что это не дом, а бардак?

Франко вспомнил вдруг, как во время бурной сцены с Дориной употребил однажды это слово. Значит, дочка, которой было в ту пору лет пять, слышала их разговор и запомнила его.

Франко тогда вернулся из деловой поездки раньше времени. Девочек дома не было, они гуляли с няней. Зайдя в ванную комнату, он увидел купающихся вместе Заиру и Дорину. Две красивые обнаженные женщины – зрелище приятное для глаз мужчины, но только не для мужа одной из них.

– Прошу прощения, – вежливо улыбнувшись, сказал Франко и медленно закрыл дверь ванной комнаты.

Не задерживаясь ни на минуту, он покинул квартиру и уехал к матери, где провел бессонную ночь, размышляя о своем браке, который дал трещину уже давно, сразу после рождения дочек. Дорина постоянно уклонялась от выполнения своих супружеских обязанностей, придумывая разные отговорки.

В воскресенье утром Франко вернулся, чтобы забрать свои вещи – больше он не собирался здесь оставаться.

– Я даже рада, что ты наконец все знаешь, – сказала ему Дорина. – Это упрощает дело.

– Не ожидал, что ты изменяешь мне с женщиной, – холодно ответил ей Франко.

– Она дает мне то, на что не способен ни один мужчина, – попыталась объяснить Дорина.

– Почему ты в этом так уверена?

– Я уже больше года посещаю психоаналитика, ты даже и не догадывался об этом. Он помог мне разобраться в себе.

– Это он тебе посоветовал спать с так называемой маркизой, которая старше тебя на двадцать лет?

– Я лесбиянка, и с Заирой мне хорошо.