Когда они наконец подъехали к больнице, Джулия хватилась кошелька и вспомнила, что не вынула его из бокового кармашка старой сумки, оставленной ею в магазине «Каравель». Чтобы расплатиться с шофером, она одолжила денег у привратника, дав повод таксисту порассуждать о богатых пассажирах, которым плевать на простой народ.

– Где профессор Корсини? – спросила она, и привратник, следуя собственной табели о рангах, ответил с заискивающей улыбкой:

– На втором этаже, синьора.

Джулия, поднимаясь на лифте, боялась только одного: ухудшения состояния Теодолинды. И хотя привратник, все и обо всех знавший, заверил ее, что с дочерью профессора все в порядке, интуиция, которая ее никогда не подводила, подавала сигнал тревоги.

Дежурная по этажу указала ей палату Теодолинды. Может быть, она поступила опрометчиво, примчавшись сюда, может быть, стоило набраться терпения и дождаться звонка Гермеса дома, но дело было сделано, обратного пути у Джулии не было. Она приоткрыла дверь в палату и из ярко освещенного коридора заглянула в полутемную палату.

– Как ты хочешь, – услышала она голос Гермеса и увидела его самого, стоящего к ней спиной.

– Неужели это не сон, и мы снова все вместе! – произнес молодой счастливый голос, видимо, Теодолинды.

Только теперь Джулия разглядела маленькую блондинку, которая стояла, прижавшись к Гермесу, а он одной рукой обнимал ее.

– Мог бы и поцеловать жену, – игриво сказала она, глядя не на мужа, а на Джулию с победоносной улыбкой.

Гермес поцеловал Марту, и Джулия почувствовала, что почва уходит у нее из-под ног.

– Теперь мы снова будем жить вместе, – не спуская глаз с Джулии, заявила Марта, – ты, я и Теа.

Джулия тихо прикрыла дверь и медленно, еле держась на ногах, направилась к лифту. Свет померк перед ее глазами, ей нечем было дышать. Сгорая от стыда и унижения, она собрала всю свою волю, чтобы пройти мимо дежурной сестры с гордо поднятой головой. Миновав пост, она ускорила шаги, навсегда уходя от мужчины, которого любила двадцать пять лет. Навсегда уходя от Гермеса.

Глава 2

Резкие духи Марты – все та же «Шанель»! – напомнили Гермесу о давно забытых минутах их близости, и он почувствовал отвращение. Его неудержимо потянуло к Джулии, от волос которой едва уловимо пахло цветущей липой.

– Мне очень жаль, – мягко, но решительно освобождаясь из объятий жены, сказал он, обращаясь к дочери, – но это невозможно. Прости.

– Теа просто предлагает попробовать, – сладким голосом заметила Марта.

– Я понимаю, – рассеянно ответил Гермес.

– Папа, прошу тебя, ну пожалуйста!

Сцена была глупая и неловкая. Из всех троих одна Теа искренне верила, что их развалившаяся семья может вновь соединиться и зажить припеваючи. Глядя на озаренное надеждой счастливое лицо дочери, Гермес думал о том, что назад пути нет. Он любил Джулию, а Марта была пройденным этапом в его жизни, ошибкой, которую он совершил много лет назад. Но его бывшая жена была не из тех, кто добровольно уступает свое место сопернице, тем более что ее бывший муж после нескольких лет разлуки казался ей еще очень даже привлекательным.

– Попытка не пытка, – с фальшивой покорностью произнесла Марта и посмотрела на Гермеса невинным взглядом, в котором Гермес увидел торжество.

Инстинктивно он попятился к двери. Ему пора было уходить, его ждала Джулия, он так соскучился по ней за эту неделю.