Ее лицо показалось парню высеченным из мрамора.

— Мент!

— Я рад, что ты так догадлива.

Она затрепетала, как пойманная бабочка:

— Что ты со мной сделаешь?

— При умном поведении с твоей стороны я позволю тебе скрыться, — разъяснил оперативник. — Вашу лавочку скоро прикроют, это я тебе обещаю. Однако ты успеешь унести ноги, если ответишь на парочку моих вопросов.

Девушка заскрежетала зубами:

— Предупреждаю сразу: смотря какие вопросы. За некоторые ответы меня могут убить!

— Скоро твои хозяева дружно сядут, — констатировал Сирченко. — Убивать тебя будет некому.

— Что ты хочешь знать? — прошелестела она.

Парень посмотрел ей прямо в глаза, не позволяя солгать:

— Где Артур?

Анжелина чуть расслабилась. Видимо, искомый Артур не был крупной шишкой.

— Я видела его в начале шестого. Он поздоровался с нами.

— А потом?

Она пожала плечами:

— Артур — свободная птица. Он волен приходить и уходить, когда ему захочется. Больше я его сегодня не видела.

Сирченко вздохнул:

— Ты бывала у него дома?

— Я не удостоилась такой чести.

Оперативник хмыкнул. Из уст проститутки такие высокопарные слова звучали комично.

— А кто-нибудь из ваших курочек удостаивался?

По ее белому лицо прошла судорога.

— Он периодически живет у кого-нибудь из наших.

Сирченко не отставал:

— И кто эта счастливица в настоящее время?

— Карина. Наверное, он до сих пор обитает у нее. Во всяком случае, о его новой пассии мне ничего не известно.

— Ты прелесть, — вскочив с кресла, парень обнял дрожавшую девушку. — Где мне ее найти?

— Записывай адрес.

Через пару минут оперативник знал, где искать пресловутого альфонса.

— Спасибо тебе, — искренне поблагодарил он девушку.

Анжелина отнюдь не выглядела счастливой:

— Что будет со мной?

— Хочешь дельный совет? — поинтересовался Сирченко. — Лучшего я не посоветовал бы и своей дочери, если она у меня когда-нибудь родится. У тебя имеются мама и папа?

Девушка опустила ресницы:

— Да.

— Тогда чтобы завтра твоего духу тут не было! — Алексей повысил голос. — Потому что именно завтра мой рапорт ляжет на стол начальства. Он закроет вашу лажу. — И, видя ее несчастное лицо, он мягко добавил: — Поверь, лучше жить скромно и порядочно, чем ярко и нечестно. Я не хочу слушать истории проституток об их предках-алкашах и о тяжелой жизни в колхозе «Сорок лет неурожая». Если