– Здравствуй, Георгий, – дружески ответил Виктор Александрович.

Девушка легко опустилась в кресло и, набросив на плечи висевший на спинке прозрачный платок, захрустела зеленым яблоком. Виктор Александрович покачал головой.

– По-моему, вам следует серьезнее относиться к тренировкам. Георгий работает вполсилы. Не стоит жалеть противника, даже если он заведомо слабее – это его проблема. Цель поединка на вашем уровне – максимально быстрая победа, а не совершенствование техники.

– Ну, па, – капризно сморщила носик Ия, – Георгий – чемпион. Если бы он работал в полную силу, все кончилось очень быстро.

– Привыкай, – неожиданно жестко ответил Виктор Александрович, – здесь все противники будут настоящими.

– Разве это противники? – презрительно заявила Ия. – Разве кто-то может сравниться со мной, – и она грациозно и несколько надменно подняла голову, изображая величественную статую, украшающую Пантеон Магистратов в Риме, но, не выдержав серьезного выражения, звонко рассмеялась.

Виктор Александрович покачал головой.

– Ты сама знаешь, сколько славных воинов пало из-за недооценки противника. Вынужден поставить тебе в пример Георгия, – тот коротко поклонился, – его успехи в боевых искусствах замечательны. Он заслуженно получил звание Мастера.

– Что вы, Магистр, – сказал юноша, – мой уровень еще далек от мастерства Рыцарей.

– Уверен, что скоро, мой мальчик, ты сможешь начать обучение вместе с Рыцарями, – Виктор Александрович краем глаза наблюдал, как радостно вспыхнул Георгий, – хотя… я думаю, что ты уже сейчас значительно превосходишь большинство из них. А теперь, дети мои, – от Виктора Александровича не ускользнуло, как быстро переглянулись Ия и Георгий, – я хотел бы услышать, как вы оцениваете первые дни оперативной работы. Я понимаю, что это были ваши первые выходы из Эдема?

– Да, – одновременно сказали Ия и Георгий.

– Очень хорошо. Как впечатления?

Они переглянулись, и первой заговорила Ия.

– Впечатления, – она подбирала слова, – впечатления странные. Честно говоря, я ожидала совсем другого… Чего-то страшного и неприятного… А там…

– Светлое и приятное? – перебил Виктор Александрович.

– Да нет, конечно! Грязи столько, что бр-р-р-р… А вот люди другие. Ну, не совсем такие, как описываются в Наставлениях. Нас учат, что люди – это набор примитивных инстинктов.

– А это не так?

– Мне показалось, что все сложнее. Я наблюдала за характерами, и…

– А может, – мягко сказал Виктор Александрович, – стоило лучше читать Наставления? Все-таки они собрали опыт нескольких поколений. И этот опыт на чем-то основан, не так ли?

– Конечно, – согласилась Ия, – я просто говорю о своих ощущениях. Скорее всего, я не права, но…

– Но следует лучше читать Наставления, – продолжил Виктор Александрович. – Замечу, там действительно сказано про набор примитивных инстинктов и рефлексов. Там же сказано, что этих инстинктов и рефлексов очень много, а их комбинации и взаимодействия крайне сложны. Между прочим, и это тоже сказано в Наставлениях, у нас с тобой тот же набор инстинктов и рефлексов. Наше преимущество в том, что мы их знаем, умеем управлять ими, поверь, дочь, это много. Только поэтому мы можем в Эдеме общаться, оставаясь сами собой, а здесь мы обязаны ни на секунду не забывать о контроле и помнить о Чести. А возвращаясь к набору рефлексов… Вы не хуже меня знаете, что психологическое воздействие на людей основано именно на их активации.