Беда не приходит одна. Орден Тамплиеров, могучий и богатый, вызывал черную зависть многочисленных врагов. И удар был нанесен. Лучшие рыцари захвачены, Великий Магистр пленен и сожжен на костре. Он до последнего момента мог скрыться в Эдеме, но не мог оставить своих людей…

– Тамплиер? – Виктор Александрович совершил немыслимое, прервав Великого Магистра.

Но тот, не обратив внимания на вопиющее нарушение субординации, утвердительно кивнул:

– Да, сын мой. Это источник легенды о Тамплиере. Но только Тамплиер не злое безжалостное чудовище, а… Мы не знаем, кем или чем стал Великий Магистр после контакта с Зеркалом Мира. Может и чудовищем. Как бы то ни было, нет никаких фактов, говорящих о том, что Великий Магистр мог спастись.

… Уцелевшие Рыцари в Эдеме возродили Орден. И через несколько столетий Орден стал таким, каким мы его знаем сейчас…

Великий Магистр с трудом, опираясь на подлокотники, поднялся с кресла и медленно подошел к Зеркалу Мира. Протянул к нему руку, остановил у самой поверхности, закрыл глаза, подержал несколько секунд, словно желая почувствовать плиту, и, вздохнув, убрал ладонь.

– Грядет беда, сын мой, великая беда. Сотни лет мы были неуязвимы и мы, только мы определяли судьбы Мира. Но сейчас столкнулись с силой, способной противостоять нам. И смущать лучших из Рыцарей, – он сокрушенно опустил голову.

А потом закончил неожиданно сильно и жестко.

– Нам предстоит война. Большая война. И я хочу, чтобы ты, сын мой, стал острием копья Ордена, направленного в сердце его врага.

XIX

– Ты готов?

– Да, Учитель, – Сабир сбросил на землю плащ, крутанул в руках мечи, приноравливаясь к балансу, и принял боевую стойку – левая нога выставлены вперед, левый меч – на уровне пояса, правый – над головой, параллельно земле.

– Начали.

Мечи ожили в его руках, и Сабир, окруженный радужным блеском вращающейся стали, прыгнул вперед.

Короткий лязг клинков, треск, и, он, тяжело дыша и обливаясь потом, стоит на одном колене. От левого меча остался короткий обломок, но правый твердой рукой направлен в лицо противнику.

Ганя, для Сабира – Учитель, вооруженный коротким и узким мечом, похожим скорее на кинжал, даже не запыхался, коротко поклонившись, он отбросил оружие и протянул руку Сабиру.

– Очень неплохо. Тебе нужно следить за техникой. Ты увлекаешься своей скоростью, забывая, что у противника скорость не меньше. А, как правило, больше.

Сабир положил мечи на землю и выпрямился. Великолепный мастер рукопашного боя, он прекрасно владел своим телом, но фехтование, тем более с использованием боевого оружия, было для него дисциплиной новой. Одно дело обычное холодное оружие, являющееся в современном мире инструментом физического развития, и совсем другое – острейшие клинки, от которых каждую секунду зависит твоя жизнь. Принципиально другая техника, другие принципы организации боя. Сабир, прирожденный воин, как губка впитывал в себя новое искусство.

– Давай пройдемся, – Учитель жестом пригласил его за собой. Стоявший в стороне невысокий человек в одежде из грубой кожи на шнуровке, загорелый до черноты, подскочил к ним, сноровисто собрал разложенное на земле оружие, завернул в мешковину и пристроился за спиной Учителя.

Они шли по сочной, по колено, траве вдоль роскошной дубовой рощи. Стоявшее в зените солнце било в глаза, Сабир щурился, от чего лицо его принимало обычное добродушно-веселое выражение.

Учитель вышагивал, заложив руки за спину, с удовольствием подставляя лицо полуденному солнцу.

– Смотри, – он показал рукой в сторону горизонта, – смотри и запоминай этот вид.

Они стояли на зеленом горном плато, заканчивающимся почти отвесным обрывом, столь высоким, что воды небольшой речушки, низвергающиеся в пропасть стремительным водопадом, не долетали до дна, рассыпаясь в воздухе невесомой водяной пылью.