И куда запропастился Блэйк с тем малым? Он уже должен был разыскать его и притащить сюда. Разумеется, Мэгги знает и об этом. Ведь Эд изложила ей всю историю, и к тому же Мэгги присутствовала, когда они с Волком обсуждали Их планы. Хотя вряд ли она выдаст Волка Баркеру. Какой смысл? Ведь она же сама просила за него, она хочет, чтобы он стал мужем Иден. А в чем Колин был решительно уверен, так это в любви Мэгги к его дочери.

 Он почесал в затылке, совершенно сбитый с толку. Бросив на смятые простыни серебряную монету, он покинул каморку и вышел на прохладный вечерний воздух. Несколько глубоких вдохов немного прочистили мозги. Колин решил зайти в гостиницу и переодеться. По дороге он зашел на телеграф. От Блэйка сообщений не было. Может быть. Волк уже приехал и оставил послание на гостиничной стойке.

 Хайрем Дженкинс отработал в «Паласе» чуть ли не десять лет. Подтянутый и чопорный, он привык носить на лице вопрошающую маску и очки с толстыми стеклами, чересчур большие для его маленькой совиной мордочки. Когда вошел Маккрори, распространяя запах виски и демонстрируя помятый грязный костюм, Дженкинс мгновенно учуял, что в воздухе пахнет сплетней. Богатый ранчер не приходил ночевать в свой номер. Дженкинс уже видел огорченную жену Маккрори, и теперь, глядя на красные глаза ее мужа и осунувшееся лицо, он понимал причины ее огорчения. Немудрено, что леди собрала багаж и отправилась на станцию дилижансов. Хайрем Дженкинс многое бы отдал за то, чтобы узнать, куда она направляется — домой в Прескотт или куда-нибудь еще?

 — Чем могу служить, мистер Маккрори? — гнусавым голосом спросил клерк. Несмотря на внешнее спокойствие и почтительность, глазки за толстыми стеклами горели любопытством.

 — Для меня никаких посланий нет? Может быть, меня искал Волк Блэйк?

 — Этот охранник-полукровка? Нет. — Дженкинс даже слегка скривился. Затем повернулся и осмотрел ящички для корреспонденции. — И здесь тоже ничего для вас нет, сэр.

 Колин жестко посмотрел на этого проныру и, протягивая ему серебряную монету, сказал:

 — Я хочу, чтобы мне в бани Харлея прислали смену белья. Пришлите с кем-нибудь через полчасика.

 Хайрем хотел сказать Маккрори, что его жена уже не является постоялицей их отеля, но что-то в выражении этого угрожающего лица заставило его придержать язык. Клерк проследил, как высокий шотландец, толкнув переднюю дверь, вышел на улицу, и позвонил, вызывая Карлоса.

 Неторопливое сидение в парилке, бритье и чистая одежда помогли Колину почувствовать себя почти человеком. Сидя в ресторане «Космополитен» и пережевывая жесткую баранину со специями, он размышлял, что же делать дальше. С того времени, как он прибыл в Тусон, еще и словом не удалось перемолвиться с Эд Фиббз. Она, как и собиралась, устроилась в местную «Дейли стар» вести светскую колонку. Он был уверен, что она что-нибудь уже разнюхала. Возможно, даже что-то и важное.

 Через час Колин выяснил, что мисс Фиббз проживает в респектабельном пансионе на Черч-авеню. Когда он подъехал, грозная газетчица как раз выходила из ворот дома, неся на костлявом плече тяжело нагруженную холщовую сумку.

 — Колин! Рада тебя видеть, но разумно ли так открыто появляться у моего места жительства?

 Он приподнял шляпу и осмотрел пустынную улицу.

 — Уже темно, никто ничего не заметит. Мне нужно поговорить с тобой, Эд. Я уж собирался оставить в пансионе записку, чтобы назначить встречу в редакции в десять вечера.

 Глядя на него своими глазами навыкате, она с минуту что-то размышляла про себя.

 — Что-то ты неважно выглядишь. Ну, хорошо, все равно мне хочется обсудить с тобой кое-какие замыслы.