— Так зелено и чисто, словно песчаная буря здесь и не пролетала, — сказала Мэгги, не в силах забыть ни эту бурю, ни того, что произошло во время ненастья.

 Расседлали лошадей, напоили их и занялись устройством лагеря. Дров было в изобилии, и собирать их было несложно. Вскоре Фуленсио развел огонь: с закатом наступал холод. Колин и Волк объехали округу, высматривая свежие следы апачей. По их возвращении часовым оставался Прайс.

 Иден и Мэгги устроились у дальнего пруда, приводя себя в порядок, смывая пыль с волос и кожи.

 Когда они разделись и забрели в божественно прохладную воду, Мэгги с блаженством вздохнула и какое-то мгновение лежала спиной на воде с закрытыми глазами, пока слова Иден не заставили их открыться.

 — Я весь день наблюдала за тобой и отцом. После того, как вы вдвоем запропастились во время бури, вы как-то более раздражительно относитесь друг к другу.

 Мэгги попыталась пожать плечами под пристальным взглядом золотистых глаз Иден. Проклятье, и тут ее преследуют глаза Калина.

 — Между вами что-то произошло? — На губах у девушки появилась лукавая улыбка.

 — Посреди бури, в пустыне? — усмехнулась Мэгги.

 — Всякое бывает, — упрямо ответила Иден. Но, увидев, что Мэгги не настроена откровенничать, она сменила тему разговора. — Что ты собираешься делать, когда мы доберемся до Тусона?

 — Ох, не знаю. Наверное, поеду в Юму, а оттуда — в Сан-Франциско, — неопределенно сказала Мэгги, намыливаясь душистым мылом.

 — А ведь тебе не хочется уезжать от нас, не правда ли? И я этого не хочу, и отец, хоть и не желает признаваться в этом.

 — Нас с твоим отцом объединяешь только ты, Иден. Из-за моей привязанности к тебе я не могу навязать ему свои отношения.

 — Тогда почему же ты сначала просила его жениться на тебе? — с безжалостной логикой спросила Иден, выливая на волосы шампунь.

 — Это была ошибка с моей стороны.

 Тон голоса Мэгги для Иден был красноречивее слов.

 — Он будет дураком, если не поймет что к чему. Дай ему время… Мэгги, я не хочу, чтобы ты оставалась с нами только из-за меня, как союзник в разговоре с отцом о Ласло.

 — Я понимаю, Иден, — отозвалась Мэгги. Пока две женщины разговаривали внизу у воды, сверху, спрятавшись в камнях, за ними наблюдал Бо Прайс. Плотоядная улыбка бродила по его крепкому красному лицу при виде такой роскоши и очарования. У той рыженькой были упоительные формы, но ореол независимости вокруг нее внушал ему некую неловкость. Блондинка привлекала больше — молоденькая, нежная, изящная и более беззащитная. Он почесал в промежности и погрузился в размышления, как оказаться между этими белыми, гладкими и стройными бедрами.

 Его эротические мечты были прерваны острым лезвием ножа, упершегося ему в горло.

 — Только пикни. Прайс, и я перережу тебе глотку, — прошептал Волк, стаскивая его вниз по тропинке, подальше от женщин, которые уже одевались, и не подозревая о вторжении в их интимную жизнь.

 — Ты подкрался как индеец, — сказал Прайс, потирая горло и нервно посматривая на Блэйка. — Да только я же ничего не делал. А от взгляда с них не убудет.

 — Так значит, нет ничего страшного в том, что ты подглядываешь за дочерью Колина Маккрори во время ее купания? — угрожающе сказал Волк.

 Прайс рассмеялся.

 — Послушай, Блэйк, ну какая разница теперь между дочерью Маккрори и этой мадам из борделя?

 — Ты бы. Прайс, не разевал свой грязный рот, упоминая о мисс Маккрори.