В ходе реализации американской глобальной стратегии в 1977 – 1980 годах Соединенным Штатам предстала не статичная, подкошенная экономическими и финансовыми неурядицами, пораженная инфляцией и массовой безработицей, податливая зона средних и малых государств, отказавшихся от права голоса в глобальных решениях, а, напротив, осознавший свои силы западноевропейский и японский центры капитализма, потрясенные экономическими испытаниями, но видевшие в них не фатальную неизбежность циклического развития, а во многом результат излишне тесной привязанности к заокеанскому колоссу, не создавшему надежного единого экономического фундамента. В итоге даже 3. Бжезинский, упорный в своих предубеждениях, должен был признать невыполнимость осуществления трилатералистской концепции: «Администрация Картера пришла к выводу, что пути Соединенных Штатов и (Западной. – А. У.) Европы постепенно разошлись начиная с 60-х годов. Частично это была естественная эволюция, результат того, что союзники полностью оправились от эффекта второй мировой войны и обрели ряд интересов, параллельных нашим, но различающихся во многих важных отношениях....Уотергейт и война во Вьетнаме внесли свой вклад в трудноощутимый процесс культурной деамериканизации Западной Европы, когда Америка уже не казалась более волной будущего и моделью для подражания. Угасание культурной притягательности Америки косвенным образом внесло свой вклад в угасание политического преобладания Америки»^*. Различным было отношение к разрядке напряженности в Европе, к оценке ситуации на Ближнем Востоке и по ряду других вопросов. В американской администрации имели даже место страхи в отношении того, что сепаратизм Франции при президенте В. Жискар Эстене оживит великодержавные традиции в Западной Германии.

Итак, стратегическая линия США встретила в процессе своей реализации определенные трудности. В ходе ряда кризисов, особенно ощутимым среди которых для американского руководства был захват американских заложников в Тегеране и их пленение в течение — 44 дней, Соединенные Штаты увидели, что союзники не готовы прийти к ним на помощь.

Внешнеполитические поражения Дж. Картера стали результатом во многом его собственных стратегических просчетов, невыполненных обещаний и обязательств. Он обещал уменьшить американское военное присутствие за границей, но увеличил это присутствие на 29 тыс. человек с 460 тыс. в 1976 г. до 489 тыс. в 1980 г.). США выступили сторонником нераспространения расщепляющихся материалов, но стали продавать обогащенный уран даже странам, подписавшим Договор о нераспространении ядерного оружия. Администрация Картера обещала уменьшить военные расходы, но увеличила их только между 1981 и 1982 фин. годами на 14,5%. Вашингтон объявил о сохранении продажи оружия в развивающиеся страны, но увеличил экспорт собственного оружия с 8,3 млрд. долл. в 977 году до 15,3 млрд. долл. в 1980 г.^*.

Выступая проводником защиты гражданских прав, администрация демократов оказала там государствам, как Аргентина, Бразилия, Гватемала, Индонезия, Иран, Марокко, Филиппины, Южная Корея, Тайвань и Таиланд, за период 1976 – 1980 годов военную помощь на 2,3 млрд. долл. и продала им оружия на 3,7 млрд. долл. Желая укрепить американскую зону влияния посредством опоры на «зрелые» демократии, правительство Дж. Картера не нашло ни верного пути, ни готовности союзников укрепить опоры глобального влияния США.

Дж. Картер в конечном счете ощутил на себе воздействие таких укрепивших в конце 70-х годов организаций правых в США, как Комитет по существующей опасности. Члены этого комитет считали, что схемы Картера – благоглупости, что трилатерализм – обреченная идея, что положиться можно лишь на американскую мощь, а не на колеблющихся союзников (Картер) и не на схемы сближения с потенциальными противниками (Никсон). Колоссальная по интенсивности идейная и психологическая кампания правых, снабжаемых идеями из таких «мыслительных» центров, как «Фонд наследия», Американский предпринимательский институт, Гуверовский институт войны, мира и революции, в начале 80-х года привела к значительному изменению политического климата внутри США, что благоприятствовало возвышению правых сил, сторонников энергичной обороны международные позиций Америки, защиты американской экспансии в мире.