Нет недостатка в упреках в отношении союзников. Даже в критические месяцы после 11 сентября Америка не уставала обвинять своего ближайшего союзника – премьер-министра Тони Блэра в том, что тот несогласен с США по вопросу о Палестине, отношений НАТО с Россией, детанта с Ираном, доступа в НАТО балтийских государств, денонсации Договора 1972 г. о ПРО.

 Умудренный Г. Киссинджер предупреждает: «Вне зависимости от того, насколько бескорыстно воспринимает Америка свои цели, даже подспудное стремление к преобладанию, постепенно начнут объединяться против Соединенных Штатов и постепенно доведут дело до того, что эта страна окажется изолированной и исчерпавшей свои ресурсы»^*.

Судьба прежних гегемонов хорошо известна. В любом случае бурлящее море абсолютного большинства человечества, неудовлетворенного неблагоприятным и унизительным для него статус кво, приложит все силы к позитивным для себя изменениям. Равно как и прежние партнеры. Словами германского политолога Й. Иоффе: «Книга истории говорит о том, что Господин Большой всегда сам навлекает на себя погибель. Номера 2, 3, 4 объединятся против него, формируя восстанавливающий баланс союз и устремляя свои силы против лидера. Это случилось с Наполеоном, это случилось с Людовиком Четырнадцатым, с могущественными Габсбургами, с Гитлером и Сталиным. Мощь порождает силовой контрбаланс; это самое старое правило мировой политики»^*. Почему в данном случае история должна сделать исключение?

Несколько обстоятельств очевидным образом благоприятствуют современному гегемону. Геополитика: два океана и слабые соседи с севера и юга ограждают Соединенные Штаты от прямого давления. Этого не было в случае России, Китая, Германии, Японии, чей подъем немедленно вызовет противодействие соседей.

И все же перед американскими строителями однополярного мира во всей сложности стоят два вопроса. Во-первых, может ли страна с населением в 280 млн. человек, представляющая менее 5% всего мирового населения, диктовать свою волю шести с лишним миллиардам, достаточны ли физические ресурсы и политическая воля Америки в деле руководства пестрым мировым сообществом? Во-вторых, согласятся ли могущественные гордые страны (наследники непримиримой многовековой борьбы против всех, кто покушался на гегемонию в Европе и мире в целом) на добровольное подчинение «благожелательной» гегемонии Америки? Смыслом мировой истории является восстановление мирового баланса после его нарушения — т.е. отвергнутые и ослабевшие неизбежно объединятся против сильного. Реализации однополярности, американской гегемонии препятствуют обстоятельства внутреннего характера — отказ американского народа платить цену за имперское всесилие и обстоятельства внешнего характера (отсутствие гарантированной солидарности союзников, организованное противостояние потенциальных жертв).

Опасность конфликта и глобального противостояния усугубляется тем, что обладающие максимальной силой одержимы не хладнокровным реалистическим анализом, а подвержены эгоистическому самолюбованию, снисходительному отношению к мнениям внешнего мира и порывам удивительного по наивной простоте самооправдания. В результате образовался значительный отрыв в восприятии Америкой самой себя и восприятием Америки остальным миром. К примеру, только 18 процентов американцев считают, что причиной террористических актов является политика, проводимая США, тогда как вдвое большее число людей в Западной Европе придерживается именно этого взгляда. В «конфликтогенность» американской внешней политики верят 60 процентов азиатов и 76 процентов жителей исламских государств. Большинство американцев полагает, что США «делают много хорошего».