|
С военной точки зрения речь идет о близости таких стран как Ирак и Иран. С экономической точки зрения речь идет о нефтяных и газовых месторождениях каспийского бассейна. Здесь Америка сталкивается со своим натовским союзником — Турцией, позиция которого значительно усилилась в данном регионе после подписания соглашений о военном сотрудничестве с Азербайджаном (1999) и с Грузией (февраль 2002 года). Если Анкара и Вашингтон — члены НАТО — смогут под прикрытием борьбы с терроризмом утвердиться в Грузии, то включение Тбилиси в орбиту НАТО перейдет со стадии лозунгов и поползновений к стадии осуществления. Опорой России в регионе является дружественная Армения, но и она испытывает давление со стороны американкой дипломатии. Интересы России и Америки приходят в прямое соприкосновение. Так, подписав соглашение об аренде радиолокационной станции в Азербайджанском Габале, Москва дала понять, что намерена перевооружить и модернизировать систему ПВО Азербайджана (не ставя при этом под вопрос стратегическое партнерство с Арменией. Английские специалисты из Экономист интеллидженс юнит склонны полагать, что Армения не перейдет на сторону Запада и останется важнейшим союзником России на Кавказе. Разумеется, Армения обеспокоена российско-азербайджанским сближением, и в ответ уже подписала соглашение о военном сотрудничестве с Вашингтоном. Но при этом Ереван особо подчеркнул, что отношения с Россией остаются краеугольным камнем армянской политики.
Слабой стороной американского подхода к Южному Кавказу является вновь приобретенная черта американской политики — поддержка национальных меньшинств — особенно после того, как США выступили в Косово на стороне албанцев. Если США всерьез решили закрепиться в Закавказье, им придется занять более четкую позицию по вопросу о Нагорном Карабахе, Абхазии, Южной Осетии, Джавахетии, Аджарии и пр. Нетрудно представить себе инициативу русской дипломатии в крайнем случае склонной признать независимость абхазов и осетин. Ныне американская интервенция в Грузии — (а именно термин «интервенция» употребляется в западных средствах печати) будет поставлена перед выбором — признавать Нагорный Карабах и Абхазию или помогать Тбилиси и Баку сокрушить их независимость.
В ближневосточном конфликте 50 процентов американцев поддерживают Израиль и только 15 процентов — палестинцев. 49 процентов оправдывают Шарона, а 66 процентов осуждают Арафата.<sup>*</sup> Разрыв во мнениях, сформировавшийся между европейским союзом и США по поводу самого тяжелого израильского кризиса за последние 20 лет — самый разительный.
Институционализация вышеуказанных новых факторов мировой политики внесла существенные коррективы в систему международных отношений и во взаимоотношения Запада с пятью незападными миллиардами мирового населения. Благосостояние и даже выживание Запада стали напрямую зависеть от характера отношений Север-Юг, общежития цивилизаций, адекватного понимания современной угрозы, консолидации всех жертв терроризма, разделяющих страх перед массовым насилием в мире. Это диктует военное строительство нового типа и качества. Главное: Запад теперь вынужден по-новому строить свои отношения с внешним миром, важной частью которого является Россия.
Как гарантировать предотвращение трагедии 11 сентября? Анализирующая мировой процесс Америка разделилась на три лагеря, каждый из которых отстаивает свой путь: изоляционизм, односторонние действия и создание многосторонней коалиции. Изоляционизм держался недолго – большинство американцев достаточно отчетливо поняло, что сокращение внешних обязательств не укрепит американской безопасности, более того, изоляция лишь подчеркнет уязвимость Америки. Основная линия спора прошла между односторонностью и многосторонностью. Как написал в «Нью-Йорк Таймс» У. Сэфайр, «одно- не означает изо-. |
