Они же, будто сговорились, всячески уламывая все же пойти. Потом-то оказалось, что таки сговорились — Женечка отдал четкий приказ: Настасья должна пойти. Хочет или нет, но должна. Зачем это ему, Настя так и не поняла. За прошедшие две недели он должен был осознать, что ему ничего не светит, даже в связи с благодарностью, которую Ася непременно должна испытывать, ему не обломится. Но Пир не унимался, снова и снова подсылая к ней «агентов».

Последней, самой тяжелой артиллерией, стала Амина. После инцидента с Имагиным Настя смотрела на нее настороженно. Почему? Еще один вопрос без ответа. Просто ей не понравилось, как они говорили, смеялись, переглядывались. Наверняка, спелись, с… дружились.

— Не понимаю тебя, — Амина тогда ввалилась к ней в каморку без спроса, плюхнулась на кресло у трюмо, взяла в руки чужую тушь, тут же проводя по длинным ресницам.

Настя, которая в этом время переодевалась, только угрюмо зыркнула, предпочитая не уточнять, что тоже многого не понимает. Например, как можно врываться к посторонним.

— Бесплатная выпивка, бесплатная еда, музыка бесплатная, потом домой отвезут. Чего ломаться?

— У вас что, без меня праздник не сложится? — подойдя к зеркалу, Настя взяла из чужих рук свою вещь, уперлась о столик, склоняясь ближе, провела по ресничкам.

— У кого-то явно не сложится… — а потом оглянулась, уловив необычную задумчивую интонацию в голосе Амина. Та бесцеремонно разглядывала ее пятую точку, плотно обтянутую белой материей. — Недурно…

— Совсем что ли? — Веселова резко выпрямилась, натягивая юбку пониже. Будь на месте Амины тот же Женечка, получил бы по лицу.

— Я просто оцениваю, стоит ли твоя скромная персона таких усилий…

— Каких усилий? — развернувшись, Настя присела на столик, сложила руки на груди. Ей не нравились эти загадочные разговоры. Лучше уж сразу, ясно и точно.

— Есть у тебя один тайный поклонник, Настенька. Очень жаждущий видеть ваше бабочкино высочество в четверг на нашем скромном празднике. Жаждущий настолько, что Женечка нам зарплату урежет, если ты не объявишься…

— Он совсем спятил? Не буду я с ним спать! — тушь полетела на столик, докатилась до поверхности зеркала, стукнулась о него, а потом вновь попала в руки Амины.

— С Женечкой никто спать не будет, пока он свое эгого не усмирит. Но это не Женя…

— А кто? — да. Ей было совершенно наплевать. Абсолютно неважно. И ни разу не интересно. Просто… женская любопытная сущность прет и вот… Вопрос получился ни разу не равнодушным.

— Интересно? Приходи.

— Не приду, — Веселова снова нахмурилась, прижимая руки к груди еще плотнее.

— Пожалеешь.

— Если приду, точно пожалею. Лучше уж жить в неведенье…

— И умереть целкой…

— С чего ты взяла..?

— А что, нет? Поздравляю. Я почему-то думала, что ты у нас чиста и непорочна. Ангел.

— Мы не о том, — Настя покраснела, и из-за этого разозлилась еще больше.

— Ну ладно, хочешь правды, будет тебе правда. Мужик тобой один интересуется. Неплохой мужик. Никто тебя не съест и даже не покусает. Заодно и развлечешься.

— Это что, здесь еще и сводят?

Амина закатила глаза, откидываясь на спинку кресла.

— Нужна ты всем больно, бабочка крылатая, чтоб тебя с кем-то сводить.