— Ну, это можно легко поправить! — обрадовался я случаю сделать невесте приятное. — Нынче твой кавалер на коне и при деньгах! Поехали в ГУМ или в ЦУМ, или вот, недавно новый универмаг открыли — "Беларусь". Говорят — неплохой ассортимент... Но есть один нюанс.

— М? — подняла бровь она.

— Это не конь, это — "козел", — сказал я, остановился перед УАЗом и с галантным хрустом отворил перед Тасей пассажирскую дверцу. — Карета подана, ваше высочество, и будьте уверены — в тыкву она не превратится.

Таисия рассмеялась и, нарочито задев меня бедром, грациозно села на пассажирское сиденье.

— Это твоя лягушонка в коробчонке едет! — подмигнула она. — Садись, кавалер!

Вот уж точно — не вещь красит человека, а человек — вещь. Мэрлин Монро в мешке из-под картошки устроила как-то сногсшибательную фотосессию, а моя Тася одним своим появлением превратила "козлик" в стильный ретро-внедорожник. Ну ладно, ладно — я тоже здорово привел его в порядок при помощи Анатольича в последнее время, любители "тазов" бы позавидовали, но — наличие потрясающе красивой девушки на переднем сидении рядом со мной заставляло каждого встречного-поперечного провожать машину взглядом.

— Значит — в ЦУМ? — улыбнулась Тася. — Устроить тебе модный показ?

— Если ты не устала за перелёт...

— А я спала всё время, размяться будет в самый раз!

— Тогда — категорически да! — я посматривал на ее ноги, затянутые в "дедероновые" гэдээровские дорогущие колготки, и едва ли не мурлыкал.

— Гера! Думай потише, ты меня смущаешь! — она и вправду раскраснелась и одернула платье. — Такое чувство, что ты не нарядить меня хочешь, а совсем даже наоборот!

— Так оно как бы сначала одно, а потом как бы другое... — внимание на дороге сконцентрировать удалось с трудом.

* * *

— Ты транжира и мот, — сказала Тася, когда мы наконец вышли из ЦУМа, нагруженные покупками. — Черт знает, сколько денег потратил. Заставил меня купить ВСЁ! И как ты этих продавщиц разводил, а? Откуда они импорт таскали?

— Что есть деньги? Пыль! — махнул я рукой, вспоминая, сколько "пятерок" рассовал в предприимчивые руки работников торговли. — Деньги не главное.

— А что главное? — поинтересовалась девушка, раскладывая свертки на заднем сидении, очень привлекательно при этом изогнувшись.

— Чтобы человек был хороший, — тут же откликнулся я. — Главное, чтобы человек был хороший, так же говорят?

— Эм-м-м-м…Это всё, конечно, замечательно, но потратить три оклада журналиста за день на тряпки? Гера, ты ограбил банк?

— Ничего я не грабил. Остатки былой роскоши, вознаграждения за найденный клад. Ну, и подкопил кой-чего, гонорары в «Комсомолке» не чета нашим, маяковским.

Я открыл пассажирскую дверь, сделал приглашающий жест рукой и снова с удовольствием понаблюдал, как она садится в машину. Потом сам сел за руль, включил зажигание и тронулся с места.

— Мне, конечно, приятно, но… — нерешительно начала она, но была мной решительно перебита.

— Что — но? На что мне деньги тратить-то? Какое вложение может быть лучше, чем комфорт и привлекательность любимой женщины? — я правда так считал.

Такие траты были бы несусветной глупостью, если бы наши с Таисией отношения являлись обычной интрижкой или пресловутым курортным романом. Это можно было бы назвать «спустил на баб», вполне.

Но я ведь твердо решил: Тася — моя.