— Хотелось бы вам верить, — вздохнула Нинка.

— Но Тристин сказал то же самое. — И тарянин помолчал. — А сказал ли?

Она нахмурилась, затем некоторое время тоже безмолвствовала.

— Нет. Ничего. Ни слова в тот последний раз.

— Вот видите?

— А вам я поверю, когда увижу.

Ван пожал плечами.

— Тогда мне придется потратить годы на пробы.

— Посмотрим.

Он беспомощно рассмеялся.

Глава 96

После разговора с Ваном Нинка не осталась на Аэролисе, и в семерицу он завершил свои приготовления, включая и пополнение запаса торпед. Рано утром в восьмерицу тарянин сел в командирское кресло и приступил к проверке по списку. Он глядел на чистую панель перед собой. Ты готов через это пройти? Теперь? Следующий вопрос был труднее. Если нет, готов ли ты потратить годы, как Тристин, пересекая Рукав то так, то эдак и пытаясь вычистить повсюду раковые метастазы тирании и угнетения? Не кончится ли тем, что ты будешь стар и слаб, неспособен что-либо совершить и пожалеешь об утрате возможности, которой обладал?

Ван прочистил горло и вышел на связь.

— А-прима, «Джойо» готов к отключению от энергии и отшлюзованию.

Командир сбросил корабельную гравитацию до нуля и стал ждать.

— «Джойо», разрешаю отключение и отшлюзование.

— Есть отключение. Выхожу из шлюза.

Нежнейшим прикосновением к рукоятям он вывел «Джойо» наружу и отвел от причальной башни.

— Ухожу на минимальной тяге.

— До скорого, — простился Джинко.

— Пока.

Оставив позади комплекс на астероидах, Ван повернул «Джойо», собираясь покинуть систему.

Из того, что он узнал прежде и дополнил новыми знаниями, пока находился в Камбрии и на Аэролисе, следовало — «новое» правительство Республики будет приведено к присяге на следующее утро в Новом Ойсине. И затем займется обсуждением реформ процедуры и законодательства, предложенных премьер-министром Имоном. Как и предполагал Ван, кандидаты от РКС одержали ошеломляющую победу, а дозволенные программы новостей с Тары трубили об итогах выборов как о победе народа и начале новой эры для Республики. Тарянин только фыркал.

Несколько часов спустя, удалившись от системы Пердьи, он увел «Джойо» в прыжок. Первый прыжок из системы Пердьи завершился у необитаемой системы на участке туманности, близ границ Коалиции, Ардженти и бывших владений Ревенанта.

Здесь Ван опять проверил оборудование и свои расчеты. Затем прошелся по кораблю и несколько раз потянулся, прежде чем опять устроиться на командирском месте.

Второй прыжок перенес «Джойо» в пространство близ эклиптики системы Тары, на порядочном расстоянии от пояса комет. Вовсе не туда, куда он хотел попасть. Ван посмотрел, как там ИЭВ и экраны дальнего обзора. Но «Джойо» был слишком далеко. И засек лишь горсть кораблей РКС, тех, что оказались за газовым гигантом Йейтсом.

Тарянин произвел расчет и решился на короткий прыжок. Настолько короткий, насколько мог, дабы «Джойо» оказался на расстоянии от Солиса, солнца Тары, но под прямым углом и в точности внизу.

Он бросил корабль в прыжок.

Черное стало белым, а белое черным, и каждый цвет обратился в противоположный, оставаясь при этом самим собой. Время тянулось бесконечно, и все же прыжок длился одно мгновение.

Ван содрогнулся, когда «Джойо» выбрался в нормальное пространство. По какой-то неведомой причине короткие прыжки, казалось, дезориентировали его куда больше, чем длинные.