– Кто тебе вообще об этом сказал? – бормочет Кейс.

– Какая разница? Чтобы ты нашел этого человека и наорал на него? Что за бред. Неси ответственность за свои поступки. Это ты совершил ошибку. Это ты солгал, глядя мне в глаза.

– А ты сказала, что до сих пор печешься обо мне и хочешь быть мне другом, – парирует он.

– Сказала.

– Серьезно, и вот это твоя дружба? – голос у него так и сочится ядом. На меня он смотрит с неприкрытой злостью. – А ты, Райдер? Ты действительно хотел быть моим другом?

Я не отвечаю, но дело в том, что я правда хотел быть ему другом. Он мне нравится, и прямо сейчас мне не по себе. С какой стороны ни посмотри, ситуация дерьмовая.

– Что ж, простите, если я не купаюсь в лучах вашей дружбы. – Заметив, наконец, притаившегося в тени парковщика, он хватает свои ключи, без единого слова забирается в машину и уносится прочь.

Я провожаю взглядом бампер его автомобиля, потом одариваю Джиджи саркастичным взглядом.

– Так это все-таки было демонстрацией силы.

– Нет. То есть да, я только что узнала, что он мне солгал, но, клянусь, я пригласила тебя на танец из-за песни.

– Мы теперь врем друг другу, Жизель? Потому что больше всего мне в наших отношениях нравилась честность. – Я вскидываю бровь. – Дело было только в песне?

Она вздыхает.

– На девяносто процентов – в песне. На десять процентов – в реакции оскорбленной женщины.

Посмеиваясь, беру ее за руку.

– Черт, сурово-то как.

– Знаю. – Она угрюмо смотрит на меня. – Может, уйдем отсюда? – Я киваю, и она делает знак парковщику. – Я только заскочу внутрь и возьму пальто. О, а еще надо убедиться, что Уитни и Ками кто-нибудь подвезет. У тебя есть номерок в гардероб?

Я протягиваю его ей, и она оставляет меня в окружении холодного декабрьского вечера. Я вдыхаю прохладный воздух и гадаю, во что, черт побери, превратится тренировка в грядущий понедельник. Вероятно, ничего хорошего нам не светит.

Впрочем, когда Джиджи возвращается, меня уже куда меньше волнует, ненавидит меня Колсон или нет. На высоких шпильках и с низким декольте она подобна мокрой мечте. Как же я хочу снять с нее это платье.

– Ко мне или к тебе? – тяну я.

Она подмигивает, заметив мой взгляд.

– К тебе ближе.

– Отличный выбор.

* * *

На следующее утро я просыпаюсь рядом с обнаженной Джиджи. Крепкие ноги и руки распростерты на моих простынях. Длинные темные волосы на подушке создают вокруг ее головы ореол. Ладошка у нее подсунута под нежную щечку, а дышит она тихо-тихо.

Мне не хочется ее беспокоить, так что я на цыпочках выбираюсь из комнаты – отлить и почистить зубы. Я как раз выхожу из ванной, когда дверь в комнату Беккетта распахивается.

Моему взору предстает Уилл Ларсен – в одних только боксерах. Я ошеломленно заглядываю ему через плечо и мельком вижу голову Беккетта и голую блондинку в его постели.

Уилл, заметив мой взгляд, тихо и немного застенчиво произносит:

– Ночка выдалась… та еще.

– Да, я вижу, – сухо замечаю я.

Впрочем, меня все это совершенно не касается, так что я проскальзываю обратно к себе в спальню, где как раз начинает ворочаться Джиджи.

Я забираюсь на кровать и целую ее в кончик носа. Она сонно смеется, когда я пытаюсь поцеловать ее в губы, и откатывается на другую сторону кровати.

– Никаких поцелуев, – протестует она. – Ты только что почистил зубы, а у меня с ночи ужасное дыхание.

– Ладно. Буду целовать тебя в других местах.