– Хорошо, Вуди, – щебечет Нэнс. – Кидай дальше, не мешкай с этим мешком!

За такую фразу ее арестовать мало.

Вудроу бросает мешок Остину Поупу.

– Меня зовут Остин. – На мгновение первокурсник задумывается. – Я люблю видеоигры, – он кидает мешок Патрику Армстронгу.

– Так. Я Патрик, или «Парень из Канзаса». Я люблю собак. – Он кидает мешок Шейну.

– Шейн Линдли. Я люблю гольф, и мне плевать, что вы просили не выбирать спорт, потому что я действительно люблю играть в гольф. – Он кидает мешок Беккетту.

– Беккетт Данн. Я люблю секс.

По залу разносятся приглушенные смешки. Что до меня, по какой-то причине эффект полностью противоположный. Внезапно я отчетливо вспоминаю, как Беккетт засовывал язык Джиджи в глотку, и у меня в груди все сжимается.

Черт побери, я же не ревнивец.

Я никогда не ревную. Ревновать – значит дорожить чем-то или кем-то до такой степени, что хочешь оставить это только себе, а я мало чем дорожу.

– Скажем так: будучи полными жизни американскими хоккеистами, вы все получаете удовольствие от секса, – любезно отмечает Шелдон. – Выбери что-нибудь еще.

Беккетт поджимает губы.

– Ладно. Мне нравятся путешествия во времени.

Нэнс хлопает в ладоши.

– Вот это уже интересно! Я бы с радостью послушала об этом чуть больше.

Уилл Ларсен с любопытством поглядывает на Беккетта.

– Ты любишь поговорить об этом? Теории строить?

– Все. И обсудить, и покрутить теории, и кино посмотреть. Фантастику и документалки…

– Не существует документалок о путешествиях во времени, потому что и самих путешествий не бывает, – в отчаянии бормочет Шейн. – Сколько можно об этом говорить.

– Как бы то ни было, – продолжает Беккетт, игнорируя Шейна, – вот что мне нравится. Путешествия во времени.

Он кидает мешок Уиллу.

– Уилл Ларсен. Я бы назвал путешествия во времени, потому что тоже ими увлекаюсь. Но тогда, может, научно-фантастические фильмы? – Он перебрасывает мешок Кейсу.

– Кейс Колсон, – представляется мой сокапитан. – Я люблю ходить в походы.

Я тут же понимаю, куда этот мешок отправится дальше. Колсон кидает его с силой, так что мне в руки эту штука прилетает со шлепком.

– Люк Райдер, – бормочу я. – Я люблю исторические документальные фильмы. О Второй мировой и тому подобное.

– Вот ненормальный, – откликается Трагер. Я в ответ только глаза закатываю.

Вся эта пытка продолжается до тех пор, пока все не назвали свои имена и какую-нибудь ерунду, которую любят. После Нэнс хлопает в ладоши и объявляет:

– Это было потрясающе!

Шелдон неистово кивает в знак согласия.

– Следующее наше упражнение называется…

– «Убейте меня кто-нибудь», – заканчивает за него Трагер, и парни снова смеются.

Вот только смешками делу не поможешь. Честно говоря, я понятия не имею, сможет ли эта команда когда-нибудь объединиться. Да и как это сделать, когда один капитан заявляется домой ко второму и утаскивает оттуда свою бывшую девушку, которая посмела с нами пообщаться? Для Колсона мы до сих пор враги и, подозреваю, останемся ими навсегда.

Так что, пожалуй, не стоит говорить, что завтра вечером я снова собираюсь встретиться с его бывшей.

Расшифровка передачи

«Короли хоккея»

День выхода в эфир: 23.09

© The Sports Broadcast Corporation

ГАРРЕТ ГРЭХЕМ: Но хватит о профессионалах. Наш продюсер Зара собрала несколько действительно крутых фактов о грядущем сезоне студенческого мужского хоккея. Как оказалось, в этом году у нас десять команд, в которых по восемь, а то и больше первокурсников.