Рис звонит в дверь и сует руки в карманы.

— Сегодня мне придется отправить в Квантико официальный отчет о том, что мы узнали, — говорит он. — Рано или поздно.

— Но ты же только что оттуда вернулся, — говорю я. — У нас есть что сообщить?

Он коротко вздыхает.

— Нет. Но мое начальство не интересует отдельные случаи. Они просто хотят видеть прогресс команды в целом.

Я хмурюсь. Что касается этой части работы, то тут я Рису не завидую. Он занимается бюрократической чушью, а я сочиняю истории, сидя в удобном кресле-качалке.

— Не нужно много времени, чтобы составить отчет, свидетельствующий о командной работе, — говорит он, перекатываясь на пятки и снова нажимая на звонок. — Хочешь позвонить домой? Проверить кота и соседей?

У меня в груди колет из-за чувства вины. Я была настолько поглощена этим делом, своим прошлым, что даже не подумала об этом. И, честно говоря, с тех пор, как я вчера вечером рассказала Рису о признании Кэм, мне не терпелось допросить Дрю. Сегодня утром я уже шесть раз щелкала резинкой.

— Да. Я позвоню, — отвечаю я.

— Или ты можешь слетать домой на денек, — говорит он, не встречаясь со мной глазами. — Проведаешь их, пока я убуду оформлять документы.

— Ну, не знаю. Эта поездка не имеет смысла, тем более, как только приеду, мне придется сразу уезжать, — говоря это, я понимаю, что, возможно, не вернусь. И что, может, именно на это он и намекал.

Рис не высказал ни слова неодобрения из-за моей встречи с Кэм, но я знаю, что он так думает. Меня обжигает холод предательства. Я доверяю Рису больше, чем кому-либо — он никогда не стал бы намеренно меня обманывать. Это из-за того, что меня преследуют?

Прежде чем я успеваю выразить свое беспокойство, открывается стеклянная дверь. Появляется доктор Келлер, участковый судмедэксперт, одетый в зеленый халат. Я узнаю его по фотографии на сайте.

— Я могу вам помочь? — приветствует нас доктор Келлер.

Рис сверкает удостоверением ФБР.

— Доктор Келлер, я специальный агент Рис Нолан, а это моя напарница Лэйкин Хейл. Надеюсь, у вас будет время ответить на несколько вопросов по одному старому делу.

Я улыбаюсь про себя. Рис может насмехаться над психологией, но часто использует ее в своих интересах. Он никогда не дает людям возможность не отвечать на его вопросы. Он просто дает им выбор — сделать это сейчас или позже.

Окружной патологоанатом хмурится, ему за сорок, из-под кепки торчат пряди седых и темных волос.

— Извините, но может как-нибудь в другой день? Я сейчас на вскрытии.

Рис убирает удостоверение во внутренний карман пиджака.

— Мы приехали всего на несколько дней и очень хотели бы из первых уст получить информацию по делу Джоанны Делани.

Доктор Келлер наклоняет голову. Имя жертвы, кажется, вызывает его интерес.

— Хорошо, проходите. Вам придется помыть руки и надеть халаты.

Прежде чем войти в здание, мы с Рисом обмениваемся любопытными взглядами. Нам не нужно переодеваться для простого разговора.

— Может, он спешит и планирует поговорить с нами во время работы, — предполагаю я.

— Может быть, — соглашается Рис, но отвлекается. Я чувствую, что мыслями он уже на два шага впереди.

Доктор Келлер проводит нас к раковине.

— Чистые халаты там, — он указывает на шкафчик.

— Что думаешь? — спрашиваю, пока мы моем руки. Иногда мне хочется уметь читать его мысли.