— Я здесь, чтобы задать несколько вопросов, — говорю я, переводя взгляд с Дрю на Челси. Она вцепилась ему в руку и выглядела потрясенной.

Удивление Дрю быстро проходит.

— Что теперь? Сначала появляется этот чертов агент ФБР, теперь ты.

Я хмурюсь. Когда это Рис успел… Затем меня осеняет. Рис уехал в Куантико. В одиночестве. Нет, он приехал сюда. Чтобы увидеть Дрю. Зачем?

— Агент Нолан? — спрашиваю я, чтобы подтвердить подозрения.

Дрю встает перед Челси.

— Ага. Он все эти годы не оставлял меня в покое. А теперь я скажу тебе то же самое, что сказал ему. — Он делает шаг вперед. — Оставь меня, черт возьми, в покое.

Ключи болтаются в руке. Я смотрю на зеленую упругую траву. Густую траву. Ту, что продают в магазине. Я могу разглядеть швы, где участки соединялись вместе.

Оглядываясь по сторонам, я понимаю, что в их живописной жизни чего-то не хватает. В голове мелькает мысль. Где игрушки? Следы хаоса, который всегда царит там, где живут дети?

Где ребенок?

Я сдерживаю смутные мысли.

— О чем тебя спрашивал агент Нолан?

Черты лица Дрю — заметно постаревшего — кривятся от раздражения. Он проводит рукой по коротко остриженным волосам, смягчаясь.

— Что-то о другой девушке, которую убили. Каждый раз, когда происходит что-либо, хотя бы отдаленно связанное со смертью молодой девушки, агент Нолан стучит в мою дверь. Он хуже, чем чертов Даттон.

Его злые слова хлещут меня как кнут.

— Ты знал жертву? — давлю я. Злящегося человека всегда трудно прочитать. Это такая односторонняя эмоция. Без всякого диапазона. Кроме того, я знала его. Испытывала к нему глубокие чувства. Он легко мог обмануть меня своими манипуляциями.

Такое со временем не проходит.

Что ж, если ярость — единственное чувство, с которым мне придется иметь дело, пусть так. Я разозлю его до такой степени, что он выдаст мне то, ради чего я пришла.

Правда.

Он тоже не мог остаться ко мне равнодушным.

— Я ее не знал, — говорит он. — К тому же, как я сказал тому агенту, у меня есть алиби. Дело закрыто.

Я киваю пару раз.

— У тебя всегда все так просто. Дело закрыто. С глаз долой, из сердца вон.

Кажется, мои слова проделывают маленькую брешь в его обороне.

— Послушай, мне очень жаль, что с тобой такое случилось, Синтия. Честно. Но это было очень давно. Тебе нужно двигаться дальше. — Он смотрит на Челси, а затем говорит. — Ты должна позволить нам двигаться дальше.

Я поднимаю голову.

— Где ты был вчера вечером? — требую ответа я.

Об убийстве Кэм еще не сообщали. Я переключаю внимание с Дрю на Челси, анализируя их ответы. Челси неверяще качает головой. Дрю просто поднимает руку.

— Хватит, — говорит он. — Я не знаю, зачем ты пришла, но мы закончили. Со всем.

— Когда ты в последний раз видел Кэмерон или говорил с ней? — Я продолжаю допрос. Когда он не отвечает, я добавляю. — Ее убили, Дрю.

Челси задыхается.

— Боже мой. Убери ее отсюда.

Скрестив руки на груди, Дрю смотрит в землю.

— Боже, — выдыхает он. Его обеспокоенная жена цепляется за него, требуя, чтобы он убрал меня с глаз долой.

Дрю наконец уступает.

— Слушай, ты ее расстраиваешь. Тебе лучше уйти.

— Ты переспал с Кэм.

От этой новости хрупкое самообладание Челси испаряется.

— Боже, Дрю. Она тоже забеременела?

— Что? — Дрю поворачивается к ней. — Нет! Это бред.