— Вы понимаете, что это значит? — медленно произнёс я. — Отказаться от гильдии, от гарантированной карьеры, от поддержки системы?

— Понимаем, — твёрдо ответила Лина. — Но это наш выбор. Хоть отцу это и не понравится.

Я молчал некоторое время, обдумывая их предложение. В принципе, помощь не помешала бы. Ферма требовала множества рук, а найти людей, которые разделяли бы мою философию, было непросто.

— Хорошо, — сказал наконец. — Но у меня есть условия.

Их лица осветились надеждой.

— Во-первых, — я поднял палец, — все вопросы с Гильдией вы решаете самостоятельно. Официально, правильно и без скандалов покидаете её. Я не хочу иметь проблем с королевскими структурами из-за того, что вы сбежали. И если у вас не выйдет — бегать и хлопотать не собираюсь.

Дамир серьёзно кивнул:

— Это справедливо.

— Во-вторых, — продолжил я, — не собираюсь делиться секретами просто так с каждым встречным. Знания нужно заслужить. Тяжёлым трудом, постоянными доказательствами серьёзности ваших намерений. Начнёте с самых основ — уборки вольеров, заготовки кормов, строительства — считайте, что это те же необходимые знания. Только когда увижу, что вы действительно преданы делу и своим зверям, а не просто ищете лёгких путей к силе, тогда начнём говорить о настоящем обучении.

Лина без колебаний ответила:

— Мы готовы.

— Пф, готовы они, — я фыркнул. — Это не игра, работа будет грязной и изнурительной. Романтики в ней мало, сразу говорю.

— Мы понимаем, — уверенно сказал Дамир.

Решимость была искренней, хотя я сомневался, что они до конца представляют, что их ждёт.

Задумчиво почесал за ухом Красавчика.

— Значит, разочаровались в гильдии?

— Полностью, — твёрдо ответила Лина. — Мы готовы к новому, спасибо, что не отказал.

— Готовы? — я не усмехнулся. Мой взгляд стал холодным. — Вы даже не представляете, к чему вы должны быть готовы. Это не сказки.

Пора было проверить. Я сделал шаг к ним, вторгаясь в их личное пространство.

— Готовность — это когда тебе придётся по локоть залезть в кровавое месиво, чтобы вытащить застрявшего детёныша. Это когда от тебя воняет падалью, потому что ты три дня разделывал туши для корма хищникам. Готовность — это сидеть в ледяной воде по пояс, не шевелясь, двенадцать часов, выслеживая зверя, а потом понять, что всё зря. Это смотреть, как питомец, которого ты выхаживал, умирает у тебя на руках от болезни, которую ты не смог распознать.

Я замолчал, давая словам впитаться. Лина побледнела, а Дамир сжал кулаки.

— Ваше восхищение какой-то там силой пройдёт через неделю, когда вы поймёте, что она построена на крови, грязи и бессонных ночах. Я не наставник, я — вожак стаи. И от слабых, бесполезных или сомневающихся стая избавляется.

Дамир посмотрел на сестру, затем решительно кивнул.

Я задумчиво посмотрел на них.

— Ладно, посмотрим на вас в деле… Так что разбирайтесь с гильдией. А когда вернётесь, дам вам лопаты. И посмотрим, на сколько вас хватит.

Лина просияла, едва сдержав радостный возглас.

— Тогда мы возьмём лопаты!

И тут же засыпала меня вопросами.

— Когда сможем приступить? Что нужно подготовить? А с чего мы начнём?

— С того, что разберётесь с гильдией, — я нахмурился, а девушка осеклась.

Двухвостый лис подошёл ближе, словно оценивая новых людей.

— И ещё одно, — добавил я. — Если через неделю поймёте, что это не ваше, уходите сразу. Не тяните. Полумеры здесь не работают.

Дамир мрачно кивнул:

— Мы всё поняли, Макс. Не дави.

— Ну и хорошо.