— Да, — проворчал Иган, — она красивая девушка. Но меня она не возбуждает, Камерон. Ты ее хочешь, не так ли?

Камерон сердито взглянул на приятеля.

— Я видел, как ты на нее смотрел, Камерон. Ты уже затащил ее к себе в постель?

— А это, дружище, не твое дело. — В глазах Камерона сверкнул предостерегающий огонек. — И не смей называть ее потаскушкой!

Иган одарил приятеля не менее сердитым взглядом.

— Я не говорил ничего подобного. — И ты это знаешь, Камерон! — Иган сбавил тон, решив не обострять ситуацию. Камерон был не из тех, кто заводится с пол-оборота но, если его вывести из себя, он становился опасен. — Но у тебя вид неудовлетворенного мужчины. Поэтому, как твой друг, я должен все-таки спросить еще раз… Ты уже спал с ней?

Камерон ответил не сразу.

— Нет, — сказал наконец он. — Она меня презирает, словно я какое-нибудь мерзкое чудовище.

— Это я могу допустить, но я не такой дурак, чтобы поверить, будто ты еще не тронул ее. Она спит в твоей комнате, в твоей постели!

— Это самый лучший способ держать ее под наблюдением, — спокойно пояснил Камерон.

— Поставь стражников перед дверью в ее комнату! — посоветовал обиженный Иган.

— Стражники нужны нам в других местах, — обрезал его Камерон. — А она останется там, где находится.

Игана его тон отнюдь не испугал.

— Она, несомненно, девственница, дружище, чистая и непорочная!

— Я был бы очень удивлен, если бы было по-другому. Она попала в монастырь прямиком из замка Монро. Судя по всему, у нее не было ухажеров. Да, она, несомненно, девственница, или я не Камерон из рода Маккеев.

— Не забудь, что она должна была принять постриг.

— Я не забываю.

— И с такой женщиной ты ляжешь в постель? С женщиной, которая ничего не знает о мужчинах?

— Большую часть своей жизни она прожила среди мужчин, Иган. В монастыре она провела только два последних года.

— Тем не менее так не годится, — упрямо заявил Иган. — Твоими действиями управляет похоть, а не любовь!

Теперь пришла очередь Камерона удивленно поднять брови.

— Что я слышу? Ты, кажется, защищаешь ее? А разве не ты помог мне выкрасть ее из монастыря? Ну и ну! Кто, как не ты, совсем недавно говорил, что, будь твоя воля, ..ты давно бы убил ее?

— Это было до того, как я узнал, что ты намерен сделать.

Камерон усмехнулся.

— Но ведь даже я не знал, что намерен сделать. Иган погладил шрам на щеке.

— Мойре это не понравится, — неожиданно заявил он. «Черт бы побрал эту Мойру», — сердито подумал Камерон.

— Жениться на ней была не моя идея. И я никогда не обещал этого. А что касается Мередит, то тебе нечего беспокоиться, Иган. Речь идет о мести — вот и все. Да, я хочу ее, и, да, я ее получу. Но я никогда не предам ни тебя, ни свой клан.

Кажется, его слова убедили Игана, и разговор перешел на другие темы. Однако Камерон не мог отделаться от мыслей о Мередит.

Ее страдальческий, обиженный взгляд вызвал у него угрызений совести… Но он не собирался отказываться от того, что задумал. На словах она с презрением отвергала его, но ее губы ему не лгали. Они расцвели под его губами, как ароматный бутон под лучами полуденного солнца.

Сегодня утром, заплетая косу, она перебросила ее через плечо, открыв шею — такую хрупкую, такую беззащитную. Его жезл, прикрытый лишь складками килта, тут же напрягся и затвердел.