– Папа... –  начала она.

Но он прервал ее.

 Женщина с изящной походкой подошла к их столику.

Крикет всегда восхищалась своей мамой за ее элегантность и чувство моды. Сегодня было не исключение. Ее мать была одета в прекрасный, бледно-голубой костюм от Версаче, который облегал ее фигуру во всех нужных местах. Волосы у нее были идеально уложенные и открывали лицо, показывая великолепные скулы, которыми она гордилась на светских тусовках не меньше чем своими достижениями в воровском деле. Возможно, из-за выпитого, Крикет хихикнула, глядя на её шею. Колье выглядело изумительно, но не было настоящим.

 Властно махнув рукой официанту, Лидия Фэйрчайлд тихо велела принести еще два кресла к столу. В течение нескольких секунд все её указания были выполнены.  Райкер незамедлительно встал из-за стола, и поцеловал руку ее матери.

  – Райкер, это моя мама, Лидия Фэйрчайлд, – представила её Крикет.

 –  Лучшие планы мышей и людей, часто идут вкривь и вкось... – процитировав Роберта Бернса, она сделала шаг к своему креслу.

 – Приятно познакомиться с вами, мистер Торп, – сказала ее мать с искренней и доброй улыбкой,  – Предполагаю, что вы тот самый джентльмен, который не так давно надел это красивое кольцо на палец моей дочери?

 – Да, это я, –  ответил спокойно Райкер, несмотря на то, что его планы на ужин  пошли наперекосяк.

 Девушка вздохнула с облегчением, когда они оба сели. После них и Райкер занял свое кресло.

  – Теперь, когда мы все здесь, –  сказала она и посмотрела на родителей, –  Хочу, чтобы вы знали, Райкер попросил меня выйти за него замуж.

Лидия улыбнулась, глаза у нее заблестели от счастья.

 – Я так рада за тебя, дорогая. Я уже начала волноваться, что ты никогда не найдешь своего единственного.

 Она посмотрела на Райкера, потом снова на дочь.

 – Я могу сказать, что у вас есть вкус. И он очень хороший, –  подтвердила она, глядя на бриллиант на пальце дочери.

Крикет закатила глаза.

 – Мама, Райкер хороший человек, потому что он умный и чуткий, и он заставляет меня смеяться и радоваться. А не потому, что у него отличный вкус к ювелирным украшениям.

 – Это всегда хороший знак, милая моя, – и её мать подмигнула Райкеру, который с улыбкой кивнул в ответ.

Крикет повернулась лицом к отцу.

 – Ну, дорогая...

 – Не смей мне говорить "дорогая", Эдвард. Что ты сделал? –  Она злобно посмотрела на мужа.

 – Не спрашивай.

Тут подошел настоящий официант и был удивлен такому количеству клиентов за одним столом.

 Райкер посмотрел на растерянного официанта.

 – Да, и кофе, – быстро добавил Райкер, увидев, как щеки Крикет чересчур раскраснелись.

  Девушка только улыбнулась ему, молча поблагодарив за догадку, потому что она действительно не хотела смешивать алкоголь.

 – Папа, я знаю, что ты беспокоился о реакции мамы, но ...

 – Она в восторге! – прервала их Лидия, её взгляд пригвоздил мужа к стулу, как бы говоря « подумай хорошенько, прежде чем что-то сказать».

Крикет посмотрела на мать, потом на отца.

 – Твоя мать делала покупки и ...

– И она всё еще может говорить за себя, –  поправила его снова жена.

 – Я в восторге, дорогая моя доченька! Я очень рада, что ты, наконец, нашла свою любовь.