— Что все это написано специально для того, чтобы очернить Трентона, — закончила Ариана. Дастин прервался на полуслове:

— Что?

— С тех пор, как я прочла дневник, я много думала об этом. Я помню свою сестру, она не была сумасшедшей, и не могу представить, чтобы она полностью выдумала несуществующую связь, во всяком случае самостоятельно. Она способна была манипулировать мнением света и заставить его поверить в то, что они с Трентоном собираются пожениться, а когда он не подчинился ее желанию, она могла зайти настолько далеко, что стала распространять про него грязные слухи. Но зачем ей было лгать в своих личных записях? В конце концов, никто не читает дневник, кроме того, кто его ведет, верно?

— Если только он не хочет, чтобы дневник прочитали другие. — Дастин медленно закончил мысль Арианы.

— Именно.

— Ты считаешь, что после гибели Ванессы Бакстер подделал некоторые страницы дневника, чтобы шантажировать Трента?

— Мой брат вполне мог сделать такое. Его ненависть к Трентону ни для кого не секрет. — Плечи Арианы опустились. — Но на этом моя теория обрывается. Я тщательно изучала дневник и абсолютно уверена, что это почерк Ванессы, а не Бакстера.

— А не мог ли Бакстер заставить Ванессу дописать некоторые вещи перед смертью?

Ариана решительно покачала головой:

— Никто не мог заставить Ванессу что-либо сделать против воли. И меньше всего Бакстер. Он по природе своей слабовольный и, когда дело касалось Ванессы, отличался особой уступчивостью. Кроме того, какой в этом смысл? Ванесса жила и здравствовала, и дневником невозможно было воспользоваться для шантажа. А Бакстер, безусловно, не знал, что Ванесса станет жертвой трагического несчастного случая и утонет. Если бы знал, то перевернул бы небо и землю, лишь бы спасти ее.

— Итак, мы зашли в тупик, — нахмурился Дастин. — Разве что Ванесса сделала компрометирующие записи, затем оставила дневник на видном месте так, чтобы его можно было использовать против Трента.

— Это имело бы смысл… если бы моя сестра преднамеренно спланировала свою смерть. Но Трентон считает, что Ванесса была слишком эгоистична и не способна пойти на самоубийство. И, честно говоря, я вполне согласна с ним.

— Тогда как она погибла?

Ариана медленно покачала головой:

— Я не знаю. Возможно, то был несчастный случай. А если самоубийство, оно должно было произойти под влиянием порыва. Только так Ванесса могла покончить с собой.

Дастин задумчиво посмотрел на отброшенный дневник.

— Ты не возражаешь, если я возьму его на несколько дней? — спросил он наконец. — Если я его перечитаю, может, меня что-нибудь осенит.

— Конечно, у тебя на это больше прав, чем у меня. Ты — брат Трентона.

— А ты жена Трентона… в полном смысле слова, — выразительно отозвался Дастин. Увидев, как Ариана вспыхнула, он покачал головой. — Я имел в виду не физическую близость, а духовную. Месяц назад вы обвенчались. А теперь вы по-настоящему женаты. Подумай об этом. — Он встал и потянулся. — Пожалуй, возьму дневник и пойду в свою комнату отдохнуть. В конце концов, мне предстоит несколько дней работы. — Он взъерошил волосы Арианы. — Перестань тревожиться.