Этому немного высокомерному красавчику из богатой лондонской семьи было уже девятнадцать. Познакомились они на одной из многочисленных дискотек. Причем Вирджиния соврала, что ей уже семнадцать, а красавчик тут же поверил ей на слово. Его звали Николас. Он гонял на собственной машине, на опущенных сиденьях которой было довольно удобно заниматься сексом. Вирджиния считала Николаса чертовски привлекательным, но, конечно же, не испытывала к нему никакой любви – во всяком случае такой, какая была у них с Майклом. И пусть себе мать твердит, что любовь и эрос – вещи неразделимые. Вирджиния оставалась при своем мнении. Любовь для нее – это одно, а секс – абсолютно другое.

Когда ее обнимал тот парень, она просто млела от страсти и желания. Именно о таких ощущениях она читала в бульварных романах и слышала от сверстниц. В постели с Николасом было просто фантастически. Целоваться с ним было тоже классно. Танцевать медленные танцы, гибко переплетаясь с ним в полутьме дискотек – тем более. Крепко обнявшись, они с Николасом бесцельно шатались по городу, и Вирджиния плавилась в горниле собственной чувственности. Поначалу она была просто ненасытна и хотела, чтобы ее друг был всегда рядом. Полтора года они были почти неразлучны. Правда, через четыре недели после их знакомства случился небольшой разлад. Николас обнаружил, что Вирджиния обманула его насчет своего возраста. Некоторое время парень сильно дулся, однако он оказался до того очарован этой прекрасной светловолосой девчонкой, что расстаться с ней было выше его сил.

Парочка развлекалась очень активно и разнообразно, ведь денег у Николаса было сколько угодно. Они посещали дорогущие дискотеки для избранных, билет на которые Вирджиния не смогла бы купить даже за все свои карманные деньги, скопленные за год; ужинали в шикарных ресторанах, смотрели теннис в Уимблдоне и скачки на ипподроме Аскот. Вирджиния принимала все это с восторгом, активно наслаждаясь своей новой нескучной жизнью.

Между тем мистер Кларк окончательно порвал со своей старой семьей. Набирал обороты бракоразводный процесс, достойно встретить который у матери Майкла, окончательно впавшей в неизлечимую депрессию, абсолютно не было сил. Отметив свое шестнадцатилетие, Вирджиния все-таки рассталась с Николасом. Гламур и деньги утратили для нее былую притягательность, а настоящих чувств между ними отродясь не бывало. К тому моменту ее тетя окончательно прекратилась в душевнобольную. А Майкл стал для матери чем-то вроде сиделки или медбрата и находился рядом с ней неотступно. Вместо того чтобы строить собственную жизнь или хотя бы планы на будущее, Майкл каждый день водил мать за руку на сеансы психотерапии, а все выходные напролет проводил у ее кресла, в тысячный раз терпеливо выслушивая историю ее замужества и развода. Через два года она внезапно умерла от сердечного приступа, который случился с ней от передозировки лекарства. Похоже, она превысила дозу намеренно, но утверждать это на сто процентов, конечно же, никто не мог. Потеряв мать, Майкл лицом к лицу столкнулся с зияющей пустотой, заполнить которую восемнадцатилетнему юноше было не под силу. Именно в это время в его душе затаились первые страхи, тревога и подавленность.

Единственным родным человеком, который у него остался, была Вирджиния, подруга прекрасного детства. К этому времени она как раз обручилась с очень богатым канадцем, который был старше ее на двадцать лет, и укатила к нему в Ванкувер. Однако годом позже, незадолго до запланированной свадьбы, она сбежала от него назад в Англию, не выдержав постоянного насилия и грубости с его стороны. Подобный жизненный опыт не прибавил душевного здоровья и Вирджинии. Как и Майкл, она тоже искала твердую почву под ногами, и то, что они в конце концов кинулись в объятия друг к другу, оказалось совершенно естественным и неизбежным.