Когда официант быстрыми и четкими движениями установил столик посередине кабинета и ушел, Натаниэль жестом пригласил Сильвию занимать место.

– Наконец-то!..

Усадив ее, он вытащил из ведерка со льдом бутылку игристого вина.

Традиционная пластмассовая пробка поддалась легко, но эколитарий долго сражался с ней, словно не мог открыть, и в конце концов направил горлышко бутылки едва ли не в лицо Сильвии. Наконец пробка с громким хлопком вылетела и просвистела всего в паре сантиметров от головы женщины. Та дернулась.

– О, простите, пожалуйста. – Он наполнил ее бокал, при этом незаметно высыпав туда бесцветный, не имеющий вкуса порошок. – Мне искренне жаль.

Наполняя бокал себе, Натаниэль чуть не перелил через край. Потом сел за столик напротив Сильвии.

– Однако вы не объяснили, почему были столь любезны и приняли приглашение от незнакомого посланника.

– На самом деле речь идет не о любезности. Кортни заранее попросила меня заняться ситуацией с Аккордом. А лучше способа начать и не придумаешь.

Сильвия слегка улыбнулась – настолько слегка, что Натаниэлю стало не по себе, – и сделала большой глоток вина. Эколитарий нахмурился и потер подбородок.

Еще несколько глотков, и фиделитрол начнет действовать. Этот хитрый препарат лишал свою жертву возможности умалчивать правду, однако имел некоторые недостатки: во-первых, человек ничего не забывал, во-вторых – агента можно было обучить минимизировать его эффект.

Натаниэль глотнул вина и сказал:

– Я обыкновенный дипломат, всего лишь занимаюсь кое-какими цифрами.

Сильвия сморщила нос, потом чихнула! Раз! Другой! Она согнулась и потеряла равновесие. Ее ладонь чуть не смахнула на пол бокал Натаниэля.

– О, простите меня, господин посланник! Пожалуйста, простите меня. – Женщина достала из кармана платок.

Натаниэль дождался, пока она придет в себя. Наконец Сильвия отдышалась и сделала еще один глоток, очень большой.

– Вы ведь недавно прибыли с Аккорда... Кто в Нью-Августе лучше вас знаком с ситуацией?

– А вы? Какова ваша роль? – спросил Натаниэль и поспешно добавил: – Я имею в виду при сенаторе?

– Я отвечаю за исследовательскую работу, необходимую Комитету. Поэтому ищу информацию самого различного характера. В настоящее время моя задача – получить информацию от вас.

– А как вы достигли столь заметной должности?

– Служба решила, что за сенатором необходимо приглядывать, а у него слабость к миловидным женщинам. Знаете, господин посланник, а ведь вы меня заставляете это говорить.

– Заставляю? – переспросил Натаниэль. Ничего подобного он не ожидал.

– Вы что-то подсыпали мне в вино. Я никогда никому не рассказывала о своих отношениях со Службой и не стала бы рассказывать при нормальных обстоятельствах.

Натаниэль понял, что Сильвия увиливает от разговора – потому что ждет, пока то, что она сама, в свою очередь, подсыпала ему в бокал, начнет действовать. Он засмеялся.

– А для чего вы подмешали мне наркотик?

– Потому что вы не тот, кем кажетесь, а другого способа быстро выяснить, кто вы на самом деле, не было.

– Что вас интересует?

– Подробности вашего задания или ваших заданий, включая их причины и обоснования.

Натаниэль помрачнел. Он сомневался в своей способности противостоять фиделитролу так же успешно, как Сильвия. До того, как препарат начнет действовать, у него оставалось времени всего на один-два вопроса.

– Кто вас направил? Что такое Служба? Что я могу сделать для заключения торгового договора?

– Меня направила Кортни Корвин-Смайт, потому что этого от нее потребовала Служба.