— Хватит с тебя, Егор Давидыч, — пророкотал Круциан. А я недоуменно перевёл взгляд на целителя. Эти двое явно давно знакомы. — Всё-всё, твоя взяла.

Княжич дал себя победить в поединке на руках. Наверное поэтому специально охрану отослал подальше. Целитель тяжело вдохнул, пробормотал что-то невнятное и пересел на соседнее кресло, уступая мне место.

Сын императора указал на сиденье перед собой.

— Садись, проводник. Знакомиться будем.

Бородатый двухметровый княжич вне всяких сомнений имел сильное родство с аспектом жизни.

— Здравствуйте… Ваше Величество, — видя лёгкое удивление в глазах могущественного собеседника, я добавил. — Вы похожи на сестру, Анастасию Романову.

О «голубе мира» как прозвали в народе Анастасию Романову, знает каждый гражданин Империи. Так что мои слова можно истолковать по разному. Мне же до сих пор неизвестно, как много княжич знает о событиях двухлетней давности.

— Глаза, значит, — князь усмехнулся. — Черт с ним. Скажи-ка мне, Кощей. Откуда у нулёвки взялись знания о пещерных регионах? Да ещё и появился ты ТА-А-А-К вовремя, что это прямо-таки невозможное совпадение.

Я с облегчением выдохнул. Уффф! Он не знает. Черт бы тебя побрал, княжич! Чего ты зараза вообще ко мне привязался.

Глава 15. Непредвиденный «Фактор»

Бывший «правитель» Российской Империи — княжич Алексей Романов — сидя в кресле автопоезда, смотрел на запинающегося от волнения Роберта Кхана. Он знал об этом парне всё. Имя соседки-ведьмы, позывной отца, ники и подноготную всех ближайших соседей по деревне. Знал о приобретенных на Земле инстинктивных знаниях о Древних. Знал и об охоте Культа Хастура. Перед княжичем сидел не Роберт Кхан, а «открытая книга», содержание которой Алексей знал лучше, чем тот, о ком она написана.

После возвращения Анастасии Романовой имперская служба безопасности провела масштабное расследование. Сразу выяснилась причастность к делу «Безграничного» и «Убийцы Императоров». В тот же день император Николай II лично поставил первый гриф секретности на дело Роберта Кхана. Второй гриф спустя неделю добавила Анастасия, запретив любое упоминание имени Роберта в событиях, связанных с ней и Городом-Поездом. Третий и последний гриф секретности поставил сам Алексей, сидящий сейчас перед парнем. Третий гриф закрыл личное дело Роберта Кхана даже для великих князей и имперской службы безопасности. Тогда, два года назад, у отошедшего от престола княжича Романова на то были свои причины.

И вот, жутко волнующийся Роберт Кхан волею судьбы встретился с княжичем лично. Сейчас сто двадцать лет опыта мага-менталиста внимательно наблюдали за тем, как парень юлит и пытается выкрутиться. Кхан не лгал. Говорил полуправду, описывал события двухлетней давности только с одной стороны, но не лгал. Он всячески избегал даже намека на то, что пережил падение вагона Города-Поезда и виделся с дочерью Императора. Видимо, как и Анастасия, сам Роберт старается скрыть свою причастность к тому инциденту.

Алексей начал беседу не наобум, а следовал методике допроса преступников магов-менталистов. Княжич, задав простой вопрос, внимательно следил, как меняется ментат Роберта в ситуации, где можно выкрутиться за счет недомолвок. Так сказать, снял показания нормы поведения ментата у преступника. Ложь бы Алексей сразу почувствовал и парень это знал. Теперь, когда «улики» для допроса собраны, можно задавать Роберту действительно важные вопросы.

— Забавно, — княжич смотрел на парня, и голос его в этот раз был холоден.