— Может, все же пошлем к Олегу за помощью? — спросил Алексей.

— Мы проанализировали все данные из истории, — Игорь кивнул в сторону Умника и демонстративно в сторону самого Алексея, что так же принимал участие в тех разговорах. — Данные из свидетельств воинов так же анализировали. То, что мы уже планируем сделать, должно быть наголову выше ожиданий от обороняющейся стороны, у нас все простреливается из катапульт, отличные бойницы, рвы, частоколы, на опасных участках колючая проволока, готовы уже волчьи ямы на предполагаемых участках атаки, фашины, пропитанные смолой для поджига по периметру. Что еще мы не придумали, что упустили, чтобы разбить в пух и прах, забрать дань с радимичей и потребовать еще у них виру, когда Олег с них дань пойдет требовать в следующем году. А он пойдет, так как есть некоторое понимание.

Увлекшись своей речью, Игорь чуть не рассказал собравшимся про деятельность Лиды рядом с Олегом, что она смогла убедить князя идти уже в следующем году к радимичам, северцам и древлянам. Не откладывать и начать именно с песчанцев, тем более повод серьезный — нападение на княжеский город. Ну а силы, что были собраны в Славграде, примут в этом мероприятии деятельное участие. Армия не может сидеть без дела, в этом мире воины должны быть на самоокупаемости.

***

Тормач, третий сын бека, одного из важнейших людей Таматархи, гордился собой. Под его началом собралось поистине сильное войско, которое достойно и кагана. Ну, может не самого кагана, но его визиря, точно. Почти тысяча человек шло, чтобы покорить зарвавшийся город. Это был ответ князю Олегу, чтобы тот не зарывался и не посягал на земли, что платят дань непобедимым хазарам. Даже арабам, ну пусть и при помощи ромеев, не удалось потеснить каганат, куда там диким русам.

Плохо было только одно, что одновременно было и великолепным, — медленное передвижение, особенно для хазарских конных, привыкших к быстрым переходам и практически жизни в седле. Но такова ноша дани, а она велика. Вятичи и радимичи, узрев усиленный отряд, спешили не только дать все положенное по договору, но и сверх того, чтобы задобрить командующего грозного войска. Поэтому много повозок плелись за передовым отрядом, много рабов еле передвигали свои ноги. После этого похода Тормач сразу станет уважаемым человеком, даже по меркам Итиля, но купит дом он в Саркеле, а уже через три года, во главе торговой флотилии, отправится к империю и дальше.

— Господин, до нужного нам брода полдня идти, вон там, — старший сотник Иосиф показал рукой. — Сож, что еще звали Нирея, впадает в Борисфен, или как словене зовут Днепр.

— Так это там ненавистный город, который нам нужно взять? — спросил Торчин.

— Да, господин, — Иосиф склонил голову, не слезая с коня. — Дайте приказ, чтобы аланы исследовали брод на предмет засады. Там очень удобно напасть на нас.

— Сотник, ты опять навязываешь мне свои решения? Подумай же, как могут полторы сотни городских необученных воинов, недавно бывших крестьянами, организовать засаду. Да я воздам хвалу Яхве, если эти словене, или кто они там, настолько глупы, чтобы подставится под удар нашего войска, — Тормач вскинул руки к небу.

В армии хазарского сборщика дани и уже почти бека, если все удастся, были радимичи, которые принесли много информации о городе. Пусть данные немного и разнились, но ясно было одно, город действительно укреплен неплохо, но есть участок стены, к которой даже не построили лестницы, нет бойниц. Так же одни из ворот так же являются слабым местом обороны.