— Да, ваша честь. Почти всегда этот вопрос очень простой. Но вот в моем конкретном случае — он очень сложный. И отвечать на него логичней всего методом от противного. — Саша набрал в грудь побольше воздуха. — Поскольку при вскрытии у гражданина Сергеева не было обнаружено каких-либо заболеваний, несовместимых с жизнью, то смерть Сергеева не является ненасильственной.

Адвокат тут же вскочит: «Значит, вы не можете утверждать, что смерть Сергеева была и насильственной?» Но добротный английский судья тут же сердито постучит молотком в сторону адвоката. А прокурор спросит у него, у Саши: «Имеются ли на трупе Сергеева телесные повреждения и каков их характер?»

В этом случае Саша посмотрит на судью и, увидев, что он тоже одобряет этот вопрос, недрогнувшим голосом ответит:

— Повреждения имеются. Они носят характер ран, причиненных острыми предметами. А именно — десять ран колотых и тринадцать ран колото-резаных.

В этом месте все посетители в зале суда громко ахнут, а парочка чувствительных дам даже упадет в обморок. Тогда судья снова наведет порядок в зале и громовым голосом спросит Сашу: «В таком случае что же явилось причиной смерти Сергеева А. Л.?» И вот тут как раз Саша и сядет в лужу. И он представил, как тоненьким голоском пропищит судье:

— Понятия не имею, ваша честь!

Саша сам захохотал над этой картиной. Ну что за идиотские мысли лезут в голову?

Он стал читать постановление дальше. «В какой промежуток времени наступила смерть Сергеева А. Л.?» Саша посмотрел на фамилию дознавателя. Ну что же, молодец дознаватель. Грамотно поставил вопрос. Не исключено, что образование какое-никакое имеет. Не стал спрашивать конкретно — во сколько? А предположил временные рамки — «в какой промежуток…». Ла