И…. совсем непонятно. Зачем врачиха меня СПРАШИВАЛА? У неё техники дохрена, специально обученный (скорее недоученный, но всё равно — специально) Гена. А она спрашивает о нештатной работе, причём явно не мозгов, а именно «импланта». Не может проверить? Ставят хрень, с последствиями которой не способны разобраться⁈ Тысячу лет, угу… Блин, свихнуться с этой паранойей можно…

А если подумать: выходит, из-за рукосуйства и забывчивости активация заложенной в нейрошунте возможности прошла нештатно. Это — понятно. Дальше, проверить, скорее всего, медики-техники могут, иначе совсем бред. Но врачиха, хоть была напряжена, не сделала. И, видимо, не могла — такая техника есть в каких-нибудь медицинских институтах или что-то типа того. А обращаться не захотела, до очевидной необходимости. Почему — чёрт её знает, от того, что Гену пожалела, до меня (хоть и слабо верится, но может и такое быть). Или даже себя — она, всё-таки, главная. Так что за косяки в нейроимпланталогии её могут по головке не погладить, а постучать.

В общем, прошло нестандартно, что, с большой вероятностью, мне не во вред, если не орать про разлоченные возможности (ну, если они будут — вполне возможно, всё инициализирующей надписью и закончится). Будут сбои и глюки — обращусь к врачихе, потому что жить в экстерминаторах с неисправным нейрошунтом я буду недолго. И даже если меня «утилизируют» — мучиться не буду. И несостоявшийся, в таком раскладе, отряд — не угроблю.

Но пока всё вроде сносно. А у меня куча вопросов, причём если часть — праздная, на тему «что это за общегородской завыговор служб, попирающих гражданские Конституционные Права⁈» Потому что не «попирают». В конституции «секретность» отдельной статьёй идёт. Но вот с хотя бы «общим положением» по нейрошунту надо бы ознакомиться. Чтобы хотя бы знать, когда бежать сдаваться, а когда рукой махнуть.

И к врачихе с этим вопросом не подкатишь: скорее всего, после первого заикания, направит меня в тот самый гипотетический «институт» на проверку, плюнув на возможные причины «не докладывать». В лучшем случае — просто пошлёт далеко и надолго. То вот Гена, задумался и широко улыбнулся я. Пара мимо проходящих медичек из курсанток от меня аж шарахнулись. Но это у них профессиональная деформация — не привыкли искренние улыбки видеть, пациенты или страдают, или усыплены, точно.

Так вот, есть Гена. Он — накосячил, причём со мной, я сам это слышал. Из-за его косяка слышал, что фактор. Уж как имела (и имела ли) врачиха техника после моего ухода — чёрт знает. Но парень передо мной накосячил, скажем прямо. И я это ЗНАЮ. Так что как источник информации, причём который не побежит докладывать — самое то, что нужно.

Расположился я в парке напротив лазарета, на посещение занятий на сегодня забив (и так вроде как «реабилитация»). Проверить свежеобретённые возможности очень хотелось, как положенные, так и внештатные, но я себя держал в руках. И читал с планшета наставления и уставы, инструкции и вообще — знакомился и даже заучивал всё, раз уж время выдалось. И следил за выходом из лазарета. Так-то их до чёрта, но ближайший к нейроимпланталогии. Жилья в лазарете нет, только палаты для больных, ну а что Гена днюет и ночует на службе — вот ни разу не верю. Есть, конечно, возможность что он выйдет из другого выхода.