|
Для меня этот служебный полёт оказался первым. В совмещённой с салоном кабине пилота сверкало множество датчиков и приборов, видимо позволявших контролировать полёт и окружающую среду. Само управление осуществлялось с помощью небольшого джойстика.
Я занял последнее оставшееся свободным место, рядом с пилотом. Усевшись в кресло, почувствовал, как оно тут же приняло в себя тело, соответствующим образом изменило форму. Когда все расселись, мы плавно поднялись и радостно полетели над Городом. «Ну что, идём на точку», – непонятно к кому обратился пилот. Улицы с их машинами и пешеходами остались далеко внизу, а над ними сновало множество разнообразных флаеров и роботов-дронов. Кроме пассажирских тут мелькали дроны-курьеры, уборщики-поливальщики, полицейские роботы и какие-то ещё, чьё предназначение у меня не получалось достоверно опознать. Множество высоченных небоскрёбов создало впечатление, будто Город стоит на вершине горы. Наш пилот явно наслаждался полётом и, видимо, ощущал себя свободным и независимым. Но насладиться городскими видами и ощущением скорости мне не удалось. В таком режиме долетели минут за десять. Мой первый служебный полёт на флаере оставил в памяти незабываемое впечатление.
– Это же ваш первый полёт на задание? Новичков всегда по лицу видно. Ну и как вам? – раздался голос пилота.
– Потрясающе, – честно ответил я.
– Кстати, а как вас зовут?
– Тим, – тут же откликнулся я. – А вас?
– Бриан. Бриан Друм.
– Очень приятно, сэр Бриан, – выдал я, на что пилот кивнул. – А как вы относитесь к этой работе?
– Нормально отношусь, – пожал плечами Бриан. – А что? Мне нравится. Всегда вожу эту машину. И платят хорошо, и летать – одно удовольствие. Пекину не доверяю, всё сам делаю, своими руками. Кроме того, у меня ведь есть и другое, основное занятие.
Я чуть было не спросил: «Какое?» – но вовремя остановился. Не моё дело. Если захочет, сам скажет. Но мне действительно было интересно, что за дело у него.
Поступила команда надеть шлемы. Мы подлетали к точке.
Постановка задачи была очень проста – войти в контакт с силами обороны и выполнять их указания. При необходимости помочь обезвредить диких бандитов, прорвавшихся из пустыни. Видимо, под бандитами не дикими, «домашними» понимались наши, городские. Честно говоря, я представления не имел, кто из них хуже. Может, на пустынной территории, в диких местностях, они и не считались бандитами, но в Городе… В Городе они становились убийцами. А мы обязаны были помогать в их обезвреживании. Помогать? Чем и как? Я вообще-то мало что ещё умел. Нет, что-то мне залили в память, я многое уже знал и понимал. Только вот не хватало практических навыков.
Невольно я стал слышать слова пилота. В этих репликах не было ничего секретного, поэтому никто их не скрывал.
– Седьмой, я десятый, подхожу к точке… – звучали внутри шлема отрывочные слова пилота, – есть поворот на два румба по курсу… понял… есть… так точно. Есть касание.
Мы сели, только наружу никто пока не вылезал. Если уж быть до конца честным, то спешить нам не следовало. Сначала хорошо бы ещё разобраться, что всё-таки произошло. Мы получили команду на ликвидацию банды, которая, по данным сил обороны, прорвалась сквозь периметр из пустынных районов. Данные, как всегда, оказались неполными. Сообщили только, что бандиты уже в Городе. При этом не привели ни одного факта, кроме того, что в пустыне обнаружена группа людей, подозрительно похожая на бандитов, и она пересекла периметр.
Цель приземления располагалась у самой границы с пустыней, в нескольких десятках футов от неё. Там уже вовсю шёл бой с силами обороны. Последние явно побеждали.
Мы быстро высадились и подобрались поближе, чтобы лучше всё видеть. |