В общем, при Ельцине не было демократии, а вот при Путине и Суркове она расцвела пышным цветом (даром, что по всем экспертным международным оценкам Россия, начиная с 2000 года, в части соблюдения демократических норм откатилась далеко назад).

Вообще-то, Суркову надо бы знать, что для радикальной смены выборных предпочтений в том или ином регионе нужно совсем немного. В принципе, теоретически, достаточно одного голоса. Скажем, за кандидата Икс в каком-то регионе в первом туре проголосовало 100000 избирателей, а за кандидата Игрек — 99999. Вполне можно считать, что этот регион предпочел Икса Игреку. Во втором же туре один из избирателей развернул на 180 градусов свое мнение о кандидатах. Стало быть, и весь регион, говоря словами Суркова, «сказочным образом» радикально изменил свои предпочтения.

Но анализом тех выборов занимались не только ангажированные чиновники, но и серьезные ученые. Казанский социолог Валентин Михайлов провел дотошное статистическое исследование их результатов. Он сравнил итоги первого и второго туров — посмотрел, в какой степени соотношение голосов, поданных за Ельцина и Зюганова в первом туре, отличается от этого же параметра, полученного во втором туре. В качестве нормального, не вызывающего подозрений он принял диапазон от 0,9 до 1,5. Большинство регионов уложились в эту норму. То есть там, как полагает Михайлов, серьезных нарушений не было. Преимущество Ельцина здесь увеличилось по естественным причинам:

«На выборах 3 июля, — пишет исследователь, — избиратели, голосовавшие за кандидатов, занявших места с третьего по десятое в первом туре 16 июня, были более склонны голосовать за действующего президента РФ. К тому же между турами эффективнее действовала агитационная команда Бориса Ельцина».

Выскочили из нормы 0,9–1,5 лишь семь субъектов Федерации, причем, что занятно, все семь — национальные республики. В этих республиках положение дел по части надежности выборов ВСЕГДА неважное.

Кроме того, Михайлов учитывал, в каких регионах было наибольшее число территориальных избирательных округов со значительными отклонениями от нормы. В итоге он получил список из двенадцати субъектов Федерации, где, как он предполагает, могло быть наибольшее давление на избирателей и фальсификация результатов в пользу Ельцина (регионы перечисляются — от большей ненадежности результатов к меньшей): Татарстан, Дагестан, Ингушетия, Северная Осетия, Карачаево-Черкессия, Кабардино-Балкария, Мордовия, Башкирия, Калмыкия, Ставропольский край, Ростовская область, Адыгея.

Общий итог анализа, проведенного Михайловым, таков: в перечисленных двенадцати «ненадежных» регионах действующему президенту могли добавить от 700 до 900 тысяч голосов…

Это, пожалуй, один из самых суровых по отношению к Ельцину ТЕОРЕТИЧЕСКИХ расчетов, касающихся того, сколько «лишних» голосов МОГЛИ приписать действующему президенту по результатам второго тура голосования. В реальности, НА ПРАКТИКЕ, известно лишь несколько официально доказанных случаев фальсификации. В Грачевском районе Ставропольского края суд установил, что в результате исправлений в бюллетенях и протоколах на двух избирательных участках у Зюганова во втором туре было отнято и добавлено Ельцину семьсот голосов. Виновники понесли кое-какое, — правда, не очень строгое, — наказание. Одна из членов избирательной комиссии была приговорена к условному заключению и штрафу в семь миллионов рублей. Две другие фальсификаторши отделались меньшими штрафами. В Зеленчукском районе Крачаево-Черкессии прокуратура также установила факт фальсификации протоколов на одном из избирательных участков: на этот раз лидера КПРФ лишили двухсот пятидесяти голосов, которые опять-таки были приплюсованы к результатам Ельцина. Центризбирком, рассматривавший этот случай, счел нужным уведомить общественность, что эта обнаруженная подтасовка «не влияет на результаты выборов Президента Российской Федерации».