Вскоре я узнаю, что за моей спиной есть большое море, на берегу которого расположилась Империя, а пустынные земли зверолюдов к нему выходят. За моей спиной — это значит на юг, если по-нашему.

— В ту сторону только их земли, ваша милость, — тут рукой показывают направление мимо холма.

Ага, как я и думал, это туда идут пустые подводы и гонят пленников в стойбища зверолюдов.

Ну, туда мне однозначно не требуется.

За спиной людей земли Империи, потом на север от меня — королевство Гальд, оно отделено от Империи Вольными Баронствами.

— А где живется получше, в королевстве этом, как его, Гальд или Империи? Или в Баронствах? Да еще Вольных? — интересуюсь я.

Мужики замялись немного, потом самый смелый ответил все же:

— В королевстве, ваша милость, жить посвободнее. Но там и порядка сильно меньше. В Империи жизнь тяжелая, налоги большие и тоже наш брат за всех страдает. В Вольных Баронствах так же, как в королевстве, еще свободнее и опаснее.

Вскоре я узнаю примерный расклад по жизни там и там, быстро понимаю, что мне лучше пробираться в королевство, как его, Гальд. Или еще можно в Баронства.

— В Империи сразу отправят на допрос, это обязательно, и что там придумают дознатчики — одному богу известно. В королевстве сначала леса идут дремучие, разбойников там много, зато нелюди туда не лезут.

— Почему не лезут? — интересует меня.

— Так это, только Империя на земли зверолюдов наступает, зерно растит на этом берегу и овощи тоже. Королевство к ним не лезет, там через леса три дня идти нужно.

— А язык какой у них, в королевстве?

— Язык свой, хотя немного нам понятен, — отвечает самый боевой мужик.

— Откуда это знаешь?

— Так приходят к нам люди оттуда, кого жизнь прижала совсем, ваша милость. Дворяне там лютуют безбожно, нет на них никакой управы. В Империи всех крестьян берут без разговоров, кто готов на границе с Диким полем землю пахать. Даже зерно дают на рассаду и денег немного на первое время.

— Сколько туда ехать? До леса этого?

— Так это, дня четыре, если на такой подводе. Только там еще такой же путь по дороге будет, на нем тоже много зверолюдов сейчас. Там они осаждает следующую крепость на Скане.

— Уходить бы нам пора, ваша милость? — робко просит один из мужиков. — Скоро следующая подвода приедет, а за ней еще идут.

— Ладно, берите на подводе все, что вам нужно и можете бежать домой, — разрешаю я. — Если что из одежды будет, это мне отдадите.

Мужики радостно стаскивают пару бурдюков с водой, копье и еще находят топор с длинной саблей.

И для меня находят мешок с местной одеждой, похоже, набранной в поселениях крестьян уже для себя Чертями.

— Отлично, — я быстро разбираю вещи, откладываю себе порты из некрашеной ткани, такую же блузу и еще рубашку нательную.

Обуви нет и ладно, теперь я могу переодеться спокойно уже в пути. Остальное барахло отдаю мужикам и отпускаю их.

Бывшие пленники до самого конца ждали от меня какой-то подлянки, как я чувствую по их постоянно недоверчиво оборачивающимся в мою сторону лицам. Теперь дружно бегут в степь, быстро унося воду и оружие, еще мешок лепешек.

«Понеслись почти прямо вдоль только что пройденного пути, бестолковыши!»

Хотят быстрее добежать до реки, а сами и плавать, наверно, не умеют. Им бы пару часов идти в сторону моря, чтобы со степной оживленной дороги уйти подальше. Если их не будет видно с козлов, то и за ними никто не поскачет.

Ладно, это теперь их дело — спасение своих жизней, от меня больше ничего не зависит.