|
Судя по увиденному – это очень опасный мир, в котором выжить не проще, чем в тёмном плане, населённом демонами. Мир населённый боевыми магами, которых с детства натаскивают на убийства таких же боевых магов, при этом среди этой братии частенько встречаются волшебники уровня магистров. К тому же там есть демоны и боги, причём один из них явно тёмный бог, изображающий из себя аватара смерти, и этот бог молодой и очень активный, о чём говорит то, что он лично является на призывы магов.
- Ты не понимаешь, – с экспрессией произнёс Гойл. – Это же круто! Представляешь, что можно сделать, имея Шаринганы?! - Прекрасно представляю. Всё то же самое, что и без подобных глаз, но затратив на это немного больше времени. Как по мне, то подобное додзюцу – штука очень вредная, поскольку там, где магу придётся вначале научиться видеть Духовным зрением и освоить основы менталистики, постепенно придя к полному пониманию этих областей магических наук, владелец Шарингана будет действовать, эксплуатируя природную особенность. В итоге рано или поздно глазастик исчерпает ресурс роста возможностей глаза, как итог, он остановиться в развитии. Даже если это будет максимально развитый Ринненган, это будет потолок, выше которого привыкший к халяве маг не сможет прыгнуть. Если лишить Учиху глаз, то, как маг он станет ничтожеством, а грандмастер менталистики, которого лишили глаз и всех конечностей, всё равно останется грандмастером и попросту перепишет свой разум в голову нападающего, и перетащит в него свою душу. Все эти костыли так же вредны для роста знаний и сил, как и волшебные палочки, хотя, наверное, даже вреднее. - Ну ладно, допустим ментальной магии можно обучиться, но что скажешь по поводу ускорения восприятия и копирования техник? – спросил Гойл. - Это всё из области целительства, любой волшебник может научиться такому. Более того, я точно также могу ускорять восприятие и копировать техники. Там вся суть копирования заключается в том, что благодаря глазам шиноби могут видеть магические потоки, а благодаря кратковременному ускорению мышления они запоминают движения мышц, энергий и действия противников. Затем остается повторить то же самое и отработать приём. А делают они это потому, что в их мире знания различных техник засекречены. У нас нет смысла в подобных глазах, поскольку в нашем мире большинство знаний находятся в открытом доступе, их может изучить любой желающий волшебник. Единственный плюс от Шарингана – это ускоренное обучение, но как специалист я тебе скажу такую вещь: ничто не даётся даром! Эти глаза каким-то образом влияют на разум, а это ведёт к перегрузкам, микроинсультам, слепоте и ряду иных заболеваний, к тому же сознание неподготовленных к подобным воздействиям магов из-за этого сильно изменяется. Проще говоря, они все сходят с ума. Скажи мне Грегори, ты так сильно хочешь покончить с собой или сойти с ума? Зачем тебе такой мир, где тебя может прикончить двенадцатилетний мальчишка, или глаза, которые превратят тебя в безумца?! - Но мы же маги! – продолжил возражать Гойл, скорее ради принципа и вопреки логике и здравому смыслу. - Они тоже маги. К тому же, скажи, что ты можешь сделать без волшебной палочки? - Пока ничего, – печально ответил Гойл. – Но я активно тренируюсь. - Вот! А судя по мультику, в мире Шиноби любой волшебник нашего возраста голыми руками может прибить десяток таких волшебников как ты, Грегори! Ножи и сюрикены, которые ниндзя метко метают в цель, несколько беспалочковых заклинаний, отработанных до автоматизма, отличная физическая форма, и суровая специализированная подготовка – всё это позволит генину с равным успехом увернуться от любого заклинания, которое наш ровесник может выдать, после чего юный шиноби уничтожит противника. Подготовленный аврор сможет победить выпускника их школы диверсантов, и то не каждого, некоторые клановые детки завалят и аврора, про чунинов я вовсе молчу. |
