Мы включили блокиратор, а сами вышли из комнаты, оставив Грейвса в неведении. Перешли в соседнюю комнату.

– Ну и?.. – не понял я. – По-моему, не действует на него ваш аэрозоль.

– Ещё как действует. Это же не александрийский коктейль. Так, растормаживает слегка, и всё. Если бы не это, ничего бы он нам не сказал. Знаю я таких типов. А портить ему шкуру мы пока права не имеем.

– И что теперь делать с этим Грейвсом?

– Как – что? Вот сейчас и устроим ему препаратный допрос. Он нам расскажет, что знает, а когда вернётся в норму, то ничего не вспомнит. – Патрон указал на свой чемоданчик. – У меня есть смесь, обеспечивающая полное стирание недавней памяти.

С этими словами патрон раскрыл свой плоский чемоданчик. Внутри в мягких углублениях оказалось красиво разложено множество шприцев, ампул и непонятных мне инструментов, похожих на медицинские.

– Всё необходимое для допросов, – с ноткой гордости произнёс патрон. – Это Лин меня научила. Сейчас она спокойным гостиничным бизнесом занимается, зато мне такие умения очень даже пригодятся.

Я посмотрел на содержимое чемоданчика с недоумением и лёгким беспокойством.

– Вы серьёзно? – спросил я, не веря своим ушам. – Мы собираемся использовать это на Грейвсе?

– А ты что предлагаешь? – ответил Крейтон, его голос был полон уверенности. – Сидеть и ждать, когда его посетит просветление? У нас нет времени на долгие разговоры. Он знает что-то важное, и мы должны это из него вытрясти.

– Но это же незаконно и неэтично, – возразил я, хотя понимал, что в нашей ситуации моральные нормы закона отходят на второй план.

– Этические вопросы сейчас не в приоритете, Тим, – пояснил он и вынул один из шприцев. – Если не получим от него информацию, это может стоить тебе жизни. Да и мне заодно.

Я вздохнул и промолчал. Патрон был прав. Время поджимало, а нам нужно срочно действовать.

– Ладно, – сдался я, – давайте. Но я буду рядом, чтобы следить за процессом. Помогу, если что.

– Возьми. – Крейтон кивнул на свой чемоданчик.

И мы направился к Грейвсу, который так и сидел, крепко примотанный к стулу. Он явно перепугался, когда мы подходили к нему.

– Грейвс, – начал Крейтон, – ты сейчас будешь отвечать на разные вопросы. Если не будешь сотрудничать, это для тебя может плохо закончиться.

Грейвс совсем запаниковал, его дыхание стало учащённым.

– Что? Пожалуйста, не надо! – закричал он, но Крейтон уже приготовил шприц. – Я всё скажу!

– Это поможет тебе расслабиться и всё вспомнить, – произнёс патрон, отработанными движениями ввёл препарат в вену Грейвса.

Я наблюдал, как Грейвс начинал терять сознание, его глаза закрылись, и вскоре он будто полностью отключился.

– Теперь уже можно, – заметил Крейтон и включил диктофон. – Ты готов?

– Да, – ответил я, чувствуя, как мне не нравится эта ситуация. – Давайте.

– Грейвс, ты меня слышишь? Отвечай.

– Да, слышу, – каким-то замогильным тоном отреагировал Грейвс.

– Теперь ты будешь правдиво отвечать на мои вопросы. Крейтон принялся задавать эти вопросы, и Грейвс стал отвечать, при этом его голос был медленным, но уверенным.

– Я следил за Джум, потому что мне сказали, что она опасна, что она враг Города, – произнёс он. Его слова были тихими, но вполне разборчивыми. – Я не хотел этого, но они угрожали.

– Кто именно? – спросил Крейтон, записывая каждое слово.

– Не знаю других имён, – ответил Грейвс. – Они просто объявили, что если я не сделаю, то мне не поздоровится. Обещали рассказать полиции о моих увлечениях.