— Я люблю тебя, — услышала она шепот возле своего уха. — Прости.

— Я люблю тебя, — повторила Марика и начала улыбаться.

Ее слезы высохли, на душе стало легко. Она почувствовала, как обида уходит, а на ее месте с новым жаром раскрывается яркий цветок любви, опаляя ее изнутри. Кирилл уже мягко целовал ее шею, сжимая объятия все крепче.

— Белье сейчас принесу! — раздался громкий голос.

И они отпрянули друг от друга. Из последнего купе появилась проводница и двинулась по коридору. Поравнявшись с ними, заметила:

— Все, как вы и просили, молодой человек! Никого к вам не подсаживаю, хотя у этих пассажиров билеты были на места в вашем купе.

— Спасибо, — сказал Кирилл.

Но проводница осталась на месте, глядя на него с непонятным выражением.

— Ах да, — добавил он, — благодарю!

Достав из кармана джинсов смятую сторублевую купюру, сунул ей в руку. И сильно покраснел.

— Отдыхайте, — безразличным тоном проговорила она. — За час до Москвы разбужу.

Проводница ушла, а они вернулись в купе.

— Зачем деньги ей дал? — спросила Марика, садясь на его полку.

— А так вернее, — ответил он и уселся рядом. Все-таки какая-то уверенность, что одни будем до самого конца.

— А мы и так будем одни до самого конца, — заметила она и пододвинулась к нему.

— Да! — воскликнул Кирилл. — До самой смерти! — добавил он странную фразу и тихо засмеялся. — Я вообще-то имела в виду только эту поездку, — сказала Марика, обнимая его за талию и тоже засмеявшись.

— А я всю жизнь, — серьезно ответил он и крепко поцеловал ее.

Но Марика ответила вяло. Она чувствовала странную апатию. И ей не хотелось вновь испытать ту неловкость, которую вызвали у нее их недавние ласки и то, что за этим последовало. Несмотря на отсутствие опыта, Марика все-таки была дитя современности и в Интернете находила ответы на интересующие ее вопросы. А вопросы секса занимали ее лет с десяти. Она понимала, что Кирилл кончил, что это произошло помимо его воли, что ему стало стыдно перед ней. Кроме этого она много читала на сайтах о том, как болезненно мальчики реагируют на подобные ситуации, и четко усвоила, что лучше делать вид, что она ничего не заметила, что ничего не поняла.

Кирилл моментально почувствовал изменение в ее настроении. Он отстранился и заглянул ей в глаза. Она нежно провела пальцами по его щеке, коснулась колечек пирсинга в уголках губ. Он схватил ее пальцы зубами и легко сжал. Марика рассмеялась и попыталась вырвать их. Но Кирилл сжимал все сильнее. Его глаза потемнели.

— Отпусти! Кусака! — сказала она и толкнула его свободной рукой.

Кирилл тут же выпустил ее пальцы. Марика поцеловала его в щеку, едва касаясь губами, потом тихо произнесла:

— Спать хочу.

— Я тоже, — кивнул он. — И ты не обидишься, если мы сейчас вот так просто ляжем спать?

— Обижусь? — искренне удивилась она. — А с чего бы мне обижаться?

Кирилл улыбнулся, встал с полки и начал взбивать ее подушку.

— Сейчас сделаем тебе удобное ложе, — тихо говорил он. — И ты хорошенько выспишься. И приснятся тебе самые красивые сны.

Марика молча наблюдала за ним и улыбалась все шире. Они поцеловали друг друга перед сном довольно целомудренно. Когда выключили свет и улеглись, то еще с полчаса болтали о разных пустяках.

Проводница разбудила их за час до прихода поезда.