– А толку? – вздохнул Марло. – Пишущая машинка в Айдавилле может быть у кого угодно.

– Можешь вспомнить хотя бы некоторых людей, которым вернули мусор за последние несколько дней? – поинтересовалась Салли.

– Нет, «Гордость» не ведёт записи такого рода, – продолжал грустить Марло.

– Люди, которые пишут письма с угрозами – трусы, – заявила Салли с отвращением. – А этот тип – хуже мусора. Оооо! Хотела бы я заставить его проглотить собственные слова!

– Я бы тоже не против, – кивнул Марло. – Но мы не знаем, где его найти.

– Ты не прав, – возразил Энциклопедия. – Мягкие французские булочки приведут нас к нему.

ЧТО ОН ХОТЕЛ ЭТИМ СКАЗАТЬ?

Испуганный свидетель

Когда Салли вернулась в детективное агентство после обеда, её первыми словами были:

– Что такое оратор?

– Человек, умеющий красиво говорить и произносить длинные речи, – ответил Энциклопедия. – А что случилось?

– У Лютера Джиноккио какие-то проблемы, – заявила Салли. – Он забавно выражается.

– Лютер любит использовать такие громкие слова, как «оратор», – согласился Энциклопедия. – Иногда это звучит смешно.

Лютер Джиноккио был ведущим малолетним автором Айдавилла. Он начал интересоваться словами, ещё когда только учился писать свою фамилию.

– Это не просто громкие слова, – замотала головой Салли. – Ты знаешь Бруно Девлина, этого тупицу? Он прицепился к Лютеру, и я не знаю, почему.

Затем объяснила. Лютер попросил её перепечатать свой последний рассказ, потому что у него не было пишущей машинки. Возвращаясь с обеда, она остановилась у его дома с готовой работой. Лютер стриг газон.

– У меня не было возможности сказать ему ни слова до того, как рядом возник Бруно Девлин, – злилась Салли.

– Бруно живёт через улицу, – пожал плечами Энциклопедия. – Я не вижу ничего плохого…

– Я тоже – сначала, – сказала Салли. – Бруно встал позади Лютера и стоял там, будто собирается предложить помощь.

Энциклопедия нахмурился.

– Бруно и пальцем ради другого не пошевельнёт.

– Я вернула Лютеру его историю, – продолжила Салли. – Там не было ни единой опечатки. И знаешь, что он мне сказал? «Оратор сможет разобраться. Уж спасибо!»

– А что Бруно?

– Лютер ещё и рта не раскрыл, как Бруно схватил его за загривок, – процедила Салли. – Лютер выглядел напуганным до смерти. Я спросила, не причиняет ли Бруно ему боли.

– Лютер, естественно, заявил, что всё в порядке, – предположил Энциклопедия.

– Вот его точные слова: «Бруно – не мой торментор. Моя голова гудит, как колокол».

Салли смущённо потупилась.

– Что такое торментор?

– Это тот, кто причиняет страдания, мучитель, – ответил Энциклопедия.

– Лютеру явно пришлось скверно, – кивнула Салли. – И вовсе не от головной боли. А от боли в шее. Бруно сжимал его шею так сильно, что у Лютера чуть глаза не вылезли.

Внезапно она сжала кулаки.

– Это, должно быть, как-то связано со вчерашней кражей в начальной школе! – воскликнула она. – Лютер, очевидно, что-то знает, а Бруно не хочет, чтобы он говорил!

Энциклопедия посчитал, что эта мысль заслуживает внимания. Пятьдесят долларов – пять десятидолларовых купюр – были украдены накануне из школьного офиса.