– Это она. Мы нашли ее, – сказал он. – Или она нас нашла.

– Я хотела, чтобы, что кто‑то пришел за мной – так оно и случилось. Это мои друзья. – Патриция наклонилась, чтобы лучше видеть изображение. Ей удалось разглядеть друзей в кабине Лэньера. – Они наверняка испуганы.

Она посмотрела на черную патрульную машину, которая скрылась в нише, расположенноц выше самолета.

– У них могут быть серьезные неприятности с властями города, – предупредил Ольми. – Я постараюсь все разъяснить и закрыть дело, но не могу ничего гарантировать.

– Они искали меня, – сказала Патриция. – Нельзя винить их за это.

– Они двигались по осевому потоку, а это строго запрещено.

– Откуда они могли это знать?

Ольми помолчал.

– Я знаю, кто они. Ваш начальник Лэньер, Ленора Кэрролсон, белая китаянка по имени Фарли и инженер Хайнеман.

– Вы их знаете? Вы следили за всеми нами?

Роботы втолкнули самолет через круглый проход в боковую камеру. Люк за ним закрылся, и свет в ангаре погас.

Патриция оперлась на предложенную Ольми руку. Он повел ее к входу в инспекционный ангар.

Вошла Сули Рам Кикура. Она еще не встречалась с Патрицией, но все о ней знала. Рам Кикура быстро обменялась с Ольми короткой серией изображений. Патриция не могла понять визуальные символы, но суть происходящего была ясна. Женщина была воплощенным адвокатом. Она брала показания у Ольми, чтобы передать их – для предварительного рассмотрения – суду.

Люк АВВП открылся. Робот на членистых ногах в нескольких ярдах от него остановился, выдвинув на всю длину датчики и регистрируя высадку пассажиров.

«История, – подумала Патриция. – Мы все здесь история».

Лэньер вышел первым. Патриция подавила желание помахать ему; вместо этого она приподнялась на пальцах и кивнула. Он кивнул в ответ и спустился по лесенке. Следующей вышла Фарли. Кэрролсон ждала в проеме люка. Лэньер махнул в сторону кабины и громко сказал:

– У нас там раненый. Ему нужна помощь.

Ольми и женщина снова посовещались, и женщина прикоснулась к своему серебристому ожерелью. Делая это, она посмотрела на Патрицию и улыбнулась. Ее пиктор изобразил американский флаг над левым плечом; предки Рам Кикуры были американцами, и она этим гордилась.

– Что нам делать? – спросила Ленора. – Оставить его здесь?

– Объясните вашим друзьям, что придет медицинский робот, – вполголоса подсказал Ольми.

– С ним все будет в порядке. Помощь уже идет, – сказала Патриция.

Лэньер попытался подойти ближе, но робот остановил его.

– Дайте ему пройти! – попросила Патриция. – Ольми, чем они могут навредить вам?

– Они на карантинею. – Ольми указал на светящуюся красную линию, окружающую АВВП на уровне человеческой груди.

Патриция повернулась к Лэньеру, подняв руку.

– Они не причинят вам вреда. Все в порядке. Просто подождите немного.

– Я рад вас видеть. – Гарри говорил, продолжая следить за суетящимися роботами. – Мы не думали, что разыщем вас.

Патриция почувствовала комок в горле и повернулась к Ольми.

– Мы должны держаться все вместе и должны помогать друг другу.

Ольми улыбнулся ей, но это не означало согласия. Он опять обменялся серией изображений с женщиной, и та еще раз прикоснулась к ожерелью.

– Сейчас принимается решение, – сказал он.

– Преступники они или гости? – поинтересовалась Патриция.

– О, они будут гостями.