Вернулась тошнота, ощутил знакомое по прошлой поездке к Эпицентру давление, словно по мере увеличения дистанции из меня начали вытягивать силы. Но доехал как-то, не потерял сознания, не скатился в кювет, не влетел во встречный грузовик. И много чего ещё не сделал, но больше по причине банального везения. Другие, может, ничего и не заметили – по крайней мере не вздрагивали и не матерились, – а вот меня в пот иной раз так и бросало.

В гараже с превеликим облегчением оставил мотоцикл на попечение техников, отметился у дежурного, зарегистрировал намотанный километраж и сдал пистолет-пулемёт в оружейку, а после долго-долго стоял в душе под струями едва тёплой воды. Когда насухо вытерся, оделся и поднялся на второй этаж, начальник смены сразу приказал:

– Линь, к лейтенанту!

Накатила неуверенность, но виду я не подал, дошёл до открытой двери коморки командира взвода и заглянул внутрь:

– Вызывали, господин лейтенант?

Тот указал на свободный стул.

– Садись.

Присутствие Фомы Коромысла и Захара Козодоя, ничего хорошего не сулило, но слишком вымотался, чтобы испытывать беспокойство ещё и по этому поводу. Сел, откинулся на спинку, приготовился к головомойке.

– Так, говоришь, он в Эпицентре спёкся? – спросил лейтенант, указав на меня небрежным кивком.

Фома подтвердил:

– Спёкся. Сейчас летних соискателей на подстройку валом возить начнут, глупо рассчитывать, что дальше всё гладко пойдёт.

– Глупо, кто бы спорил! Только график дежурств уже на месяц вперёд расписан, – развёл руками взводный и уставился на сержанта. – Твои предложения, Захар?

– Надо бойца в первоочередном порядке на подстройку отправить.

Лейтенант одобрительно улыбнулся.

– Вот и займись! Учебная часть положительное заключение выдаст, они сами уже на этот счёт удочку закидывали.

Захар Козодой поднялся на ноги и сказал:

– Тогда узнаю насчёт свободных мест. Попробую на завтра записать.

– Пробовать не надо. Запиши в обязательном порядке!

Я при этих словах чуть от изумления не присвистнул.

Завтра?! Вот прямо завтра поеду на подстройку в Эпицентр?!

Нет, и раньше отдавал себе отчёт, что рано или поздно подойдёт и моя очередь, но всегда полагал процедуру пустой формальностью, а вот после сегодняшней вылазки уже совершенно не верилось, что обойдётся без осложнений. Только не у меня, только не после трёх спонтанных резонансов.

И – завтра! Хоть стой, хоть падай…

Глава 2

Утром после тренировки с десантниками сдал зачёт по гравитационным возмущениям – увы, лишь теоретическую его часть. А вот ни с генерируемой мощностью, ни с управлением кинетической и тепловой энергией подвижек не случилось. В последнем случае немного подросла фокусировка, но Трофим Фёдорович хлебнул чая и сказал, как отрезал:

– И близко до зачёта не дотянул.

– Да как так-то?! – вспылил я. – Ну невозможно же!

– Дай пять копеек! – потребовал инструктор, получил от меня медяк и тут же кинул его обратно.

Вот только поймал я уже две половинки расплавленной надвое монетки. Проделана эта операция была столь ювелирно, что медь даже толком не нагрелась.

– Для оператора нет ничего невозможного! – заявил Трофим Фёдорович и швырнул в меня пустую железную кружку, а после принялся кидать всем, что только под руку попадалось – преимущественно вещами увесистыми и небьющимися – такими приятного мало по лбу получить.