Из кузова машины послышался смех, что в подобных условиях казалось противоестественным. И всё это под аккомпанемент проливного дождя, что сплошной стеной лил снаружи.

Тот песок, о котором говорил человек Толяна, сыпался с неба не так, как он преподнёс. В первую очередь это был дождь, который в каждой своей капле нёс немного космической пыли.

Но достаточно было подставить ладонь, как она быстро заполнялась мелкими песчинками. В данный момент они застилали на улице всё, укрывая землю на три-четыре сантиметра. Это казалось настолько нереальным, что мозг просто отказывался верить в подобное.

Но самое поганое другое: текучесть данной массы. Любая ниша, куда могла проникнуть вода, тут же заполнялась песчаной кашей. Вроде бы и ничего страшного до тех пор, пока это всё остаётся на поверхности. Вот только когда весь этот поток жидкого дерьма устремится в подвалы, мало никому не покажется.

Вес он действительно не держит, от слова совсем. Я специально проверил и наступил в нанос, который образовался в углах и выбрал тот, что покрупнее. Ботинок утонул в нём по самую щиколотку, притом вошёл как по маслу, а вот отдавать не сразу захотел.

При подобном раскладе всё вокруг вскоре превратится в зыбучие пески. И чем дольше мы копаемся, тем сложнее будет выбираться.

Позади зарычал дизельный мотор, и я поспешил отойти от входа, чтобы не мешать. Тяжёлый грузовик выкатил на улицу, разбрызгивая вокруг жидкую грязь. Его место тут же занял второй и это ещё не всё, в соседнем ангаре грузили точно такой же, правда, сыпучими продуктами. Там работали исключительно мужики, потому как женщинам валтузить мешки с мукой — ну такое себе. Хотя глядя на то, как они впахивают здесь, справились бы и даже без нытья.

— Мы доедем? — на всякий случай уточнил я у водителя, который прошёл внутрь мимо меня.

— Ты охуел? — и это была самая мягкая из его фраз.

Дальше последовали эмоциональные перечисления достоинств трёхосного, военного Урала. В дополнение бонусом я даже получил небольшую историю о совместных приключениях водителя и машины, на до неприличия непроходимой дороге — в лесах Сибири.

— Понял, ёпта⁈ — похлопал он меня по плечу в окончании монолога.

— Ага, — только и смог выдавить я.

Такого отборного и самое главное, совершенно понятного мата, я в своей жизни ещё не слышал. Вот, ей-богу, каждый образ перед глазами стоял, будто живой. Невероятная мощь русского языка во всей его красе.

Да что там язык, сама выдержка поражала воображение. Люди пахали так, что рабам и не снилось, да я и сам ещё не забыл, как делал подобные вещи совсем недавно. Об этом прекрасно напоминают болячки от сорванных мозолей, которые всё ещё не зажили.

— Э-э-э, фтсиу, — послышался оклик, на который я невольно обернулся. — Да ты, чего там клювом торгуешь? Иди помогай, стоит он, лось здоровый… Не стыдно?

Честно скажу: стыдно стало сразу. Потому без лишних разговоров и оправданий, предварительно извинившись, я принялся таскать не такие уж и лёгкие коробки. Плевать на то, кем я был, сейчас мы все в равных условиях и заплатить кому-то, чтобы он всё сделал вместо меня — не в этот раз.