— Ты кем себя возомнил…

— Только попробуй добавить это слово, — ледяным тоном перебил его я.

Савельев замолчал, глубоко вздохнул и забарабанил пальцами по столешнице.

— У тебя выпить есть? — уже спокойным тоном спросил он.

Я молча указал глазами на графин с коньяком, что расположился на небольшом столике у окна. Антон поднялся, налил себе в широкий стакан на два пальца и залпом опрокинул содержимое. Затем прошёлся по кабинету туда-сюда и наконец вернулся на место.

— Ладно, что хочешь взамен?

— Ничего, — пожал я плечами. — Как видишь, у меня всё есть.

— Ты пойми, без должного ухода весь урожай погибнет, а людям помимо этого нужно питаться сейчас. Только есть одна маленькая проблема: вся жратва похоронена под толстым слоем глины. Вот и выходит, что для работы нужны люди, либо на раскопках, либо в саду.

— Допустим, я могу сдавать тебе людей в найм, скажем сто грамм золотом за человека.

— Да совсем, что ли, оху… Бля… Глеб Николаевич, давайте решать проблему цивилизованным путём?

— Антон…

— Валерьевич.

— Антон Валерьевич, со своей стороны я могу предложить лишь одно: присоединяйтесь к нам, пока ещё без налоговых пошлин. Это одним махом решит все ваши проблемы. К тому же, я предлагаю в итоге вам весь город целиком.

— Что? — казалось, его глаза сейчас вылезут из орбит. — Я… Я вас не совсем понимаю.

— Всё очень просто, Антон, — вежливо улыбнулся я. — Мне необходим такой управляющий, как вы. В будущем мои планы уходят далеко за границы Екатеринбурга, а кто-то же должен за всем этим следить.

— Но почему я?

— Отказываетесь, значит? — я невинно улыбнулся и попытался сделать грустные глаза.

— Нет, с чего вы взяли? — снова включил заднюю тот. — Хочется понять…

— Антон, ты мне сейчас напоминаешь школьника у доски. Мне нравится твой подход и воля, вот и все причины. И да, продолжай высказывать всю правду в глаза, это вызывает уважение. Прекращай хвататься за соломинку, мимо тебя сейчас проплывает целый плот.

— Да, — ухмыльнулся он, — недооценил я тебя. Думал, всё закончится плачевно, но сейчас ты меня прямо в угол загоняешь.

— Да что тебе всё не так опять⁈ — всё же не выдержал и поддался эмоциям я. — Тебе в итоге весь город достанется.

— Зато придётся исполнять твои приказы.

— Пока они ещё ничего плохого не принесли. Или тебя снова мой возраст смущает?

— Да я ни дня под начальниками не работал, ну не моё это, спину гнуть и задницу целовать.

— А кто тебя просит? Делай свою работу, следи за порядком. Главное, чтобы люди не голодали и зимой не мёрзли — пока это всё, что от тебя требуется. Ну слово «верность», думаю, тебе и без объяснений понятно?

— Твой Платон — стукач. Он через день бегает с докладом к Петровичу.

— Знаю.

— Даже так? — приподнял бровь Савельев.