— Никак нет, — бодро отчеканил вестник, — не успели ещё.

— Митяй, накорми людей, — распорядился я. — Мы им пока со своей стороны документы подготовим.

— Щас, эт самое… — закивал завхоз. — Я уже распорядился, бабы накрыть должны были. Эт самое, а вам как, обед подавать?

— Нет, со всеми поедим.

— Поня́л, — сделал ударение на последний слог тот.

А мы с Толей направились в администрацию. По-хорошему, вначале бы помыться. Наверняка после тренировки от меня неслабое амбре, но это тоже подождёт. Вначале нужно людей отпустить, а ополоснуться перед обедом успею.

— Ваша светлость, — поприветствовал меня один из жителей, что прошмыгнул мимо по каким-то своим делам.

Я лишь коротко кивнул ему в ответ.

— Ну что там? — я бросил взгляд на вскрытый конверт.

— По князю Пережогину информация, — ответил Толя, быстро потеряв интерес к бумагам.

— Ну вот, а ты всё поляки, поляки. Им до нас пока дела нет, у себя бы разобраться.

— Глеб, они объединяются, и ничего хорошего в этом нет.

— Да знаю я, — всё-таки Толя умеет «поднять» настроение. — Давай вначале с посевными разберёмся, а там… Обещаю, что внимательно присмотрюсь к приграничным территориям.

— Договорились, — согласился он.

Я забрал донесение из его рук, потянул на себя дверь администрации и вошёл в прохладный подъезд. Второй этаж, квартира направо. Отсюда я и руковожу всеми делами княжества. Сюда же приходят жители с просьбами и жалобами, от которых нельзя отмахнуться. От лояльности народа напрямую зависит сила моих земель. Пока я вникаю в их проблемы и всячески стремлюсь помочь, люди готовы рисковать ради меня жизнями при защите границ.

Я развернул бумагу и принялся читать донесение. Всё, что там написано, мне было более-менее известно. Да имелись некие дополнения, однако в целом я знал все его слабости и предпочтения. Давить на них, скорее всего, бесполезно, а понять, чего он хочет добиться своими выкрутасами, не получается. Возможно, личная встреча всё прояснит.

— А вот и папа, — раздался голос от двери. — Занят?

— Да нет, не особо, — я отложил в сторону бумагу и развёл руки в стороны.

Дочка тут же запрыгнула ко мне на колени, а Вика присела на край стола.

— Мы видели, как ты вошёл, и София захотела тебя увидеть, — объяснила жена.

— Ничего страшного, — улыбнулся я.

— Пап, смотри, что я умею, — белокурая, курносая кроха тут же нахмурила брови и, используя силу, захлопнула входную дверь.

— Умница, — поцеловал я её в макушку. — Продолжай тренироваться и сможешь в тысячу раз больше.

— Как ты?

— Как я, — улыбнулся я и посмотрел на Вику. — Давно у неё дар проснулся?

— Сегодня. Она весь день дверьми хлопает, — пожаловалась Вика. — У меня скоро нервный тик будет.

— А репетитор что говорит?

— Пап, он лысый и скучный, заставляет меня всякие закорючки рисовать.