Константин, в сопровождении небольшого отряда, вооружился белым флагом и выдвинулся на переговоры. Несколько минут взаимных криков и в Кремлёвской стене открылась дверца, из которой навстречу нашим вышли парламентёры защитников. А мы собрались у рации и обратились в слух. Вторая станция, в режиме передачи, была закреплена на груди Баталина, передавая нам каждое слово. Таким образом, мы даже могли участвовать в переговорах, правда, для этого нам требовалась другая рация.

— Меня зовут Константин Баталин, представляю интересы его светлости, князя Ла́рычева. С кем имею честь?

— Пило́тов Аркадий. Я представляю интересы выживших, после того, что натворил ваш князь.

— И почему вы уверены, что это наших рук дело?

— Я, может, и простолюдин, как сейчас вновь стало принято выражаться, но совсем не идиот. Сложить два плюс два не так уж и тяжело. Первыми слегли те, кого вы вернули из плена, а затем вспыхнула эпидемия. Доказательств у меня нет, но я прекрасно понимаю, откуда дунул ветер.

— Как вы себя чувствуете?

— Хреново, но гораздо лучше, чем неделю назад. Что вам нужно? Вы ведь не о моём здоровье справиться пришли?

— Вы прекрасно знаете, зачем мы здесь. К тому же буквально секунду назад хвалились прекрасным владением дедукцией.

— Не ёрничайте, Константин. Я не имел в виду общий интерес вашего князя. Вы ведь что-то хотели предложить, чтобы мы мирно впустили вас внутрь.

— Приятно иметь дело с умным человеком. Предлагаю перейти к более сложной математике и поделить четырёхзначные цифры. У нас численное преимущество, плюс серьёзное вооружение. Вам не удержать Кремль.

— Благодарю, капитан очевидность, но я всё ещё не слышу от вас предложения.

— Неужели неясно, мы предлагаем вам жизнь, в обмен на свободный проход. Впоследствии, каждый из вас сможет остаться здесь жить, получит работу, надел земли и, естественно, нашу защиту. Надеюсь, не нужно объяснять, к чему всё идёт, и как вскоре будет выглядеть вертикаль власти в государстве.

— А если мы откажемся? Да, возможно, вы сможете захватить Кремль…

— Не сомневайтесь, Аркадий, у нас достаточно сил и оружия. Ваши люди всё ещё больны и не в состоянии сражаться в полную силу.

— Вы правы, однако с собой мы заберём очень много ваших людей. Не сомневайтесь, — в тон Константину, с некой язвительностью, ответил Пилотов. — Нам нужны гарантии. Если мы впустим вас, никто не должен пострадать.

— Я здесь именно для этого. Хотя понятия не имею, каких именно гарантий вы хотите? Боюсь, расписка на тетрадном листе вряд ли вас устроит.

— Личного слова князя будет достаточно. Я слышал, он умеет отвечать за то, что вылетело из его рта.

— Я обещаю, что никто из ваших людей не пострадает от моих рук или приказов, — произнёс во вторую рацию я, — но хочу, чтобы вы понимали, это не касается хизмеев.

— Он что, слышал нас всё это время? — прозвучал удивлённый голос Пилотова.

— Да, эта рация работает в режиме передачи, — объяснился Баталин.

— У вас есть еда? Эти чёртовы хизмеи оставили нас с голым задом и спрятались под землёй, как трусливые крысы.