Совершенно непроизвольно, нырнул и проплыл под водой от одного берега к другому. Вынырнув и глотнув воздуха, понял - адаптация к воде закончилась, нужно менять водоем. Одним движением вымахнув на берег, в два прыжка оказался на берегу среднего пальца и без всяких изысков - бомбочкой, ухнул в воду. Жар и холод. В первый миг впечатление, - я в крутом кипятке. Второе мгновение - космический холод. Стараясь избавиться от неприятных ощущений, до противоположного берега поплыл баттерфляем, стремясь поглубже занырнуть в этот странный ледяной кипяток. Но уже на середине озера, как отрезало, - вода стала прохладной и совершенно обычной. Разогнавшись баттерфляем до максимальной скорости, постарался выскочить на берег, как дельфин в прыжке, не коснувшись руками берега. Получилось. На корточки, но встал на землю уверенно. Бегом к безымянному пальцу и вход в воду через сальто. Туча брызг и море удовольствия. Бешеным кролем через палец к противоположному берегу и выход из воды винтом. На этот раз даже не согнулся, так и остался стоять на берегу столбом. Крутой ты парень, Панкрат! Три прыжка до кромки мизинца и двойное сальто прогнувшись. Здесь вода создавала полное впечатление парного молока. Точнее, особенность озера состояла в том, что жидкость никак не воспринималась в температурном плане. Абсолютная адаптация к температуре кожи и, если бы не три предыдущие, этот бассейн мог бы стать неприятным сюрпризом. Сразу же пропало желание резвиться, но появилось необоримое чувство спокойствия и уверенности.

Выскочив из озера-мизинца, лег на мягкую траву, раскинул руки и стал впитывать в себя теплые лучи полуденного солнца. Мыслей в голове почти нет. Они как на мыльные пузыри на легком изменчивом ветерке. Глаза сами собой закрылись и я погрузился в легкий сон.

Проснувшись, отметил, что, судя по изменению положения солнца, спал не более получаса. Вскочил из положения лежа в положение стоя и начал жесткую разминку. Упал на шпагат, вскочил с переворотом, выполнил 'йоко-гери' последовательно метя в пах, живот, подмышку, скулу и лоб очень высокого жлоба. Поэкспериментировал с ударами 'маваши-гери' и 'миказуки-гери', перемежая их стойками на руках, сальто вперед и назад, сериями ударов руками. Продолжил разминку приемами 'майе-тоби-гери' стараясь в прыжке сделать не менее пяти ударов и, перевыполнив план на цифре семь, закончил упражнения. Отлично, я даже не вспотел. Организм работал, как безупречный и совершенный механизм.

Еще в середине разминки заметил, что из кустов со стороны тропинки выглядывает мордашка Ксо, и был-таки в моих последних упражнениях элемент рисовки. Безусловно, необходимого эффекта я достиг. В конце разминки Ксо, заглядевшись в особо интересном месте, оступилась и чуть было не выпала из кустов. Я повернулся в ее сторону, помахал рукой и предложил подойти ближе. Девчонка перестала прятаться, вышла на полянку и направилась ко мне. И только, когда она подошла почти вплотную и закрыла глаза, дрожа, как мышка под пристальным взором удава, я вспомнил, что на мне нет даже фигового листка. Но эта мысль скользнула, как-то сбоку и пропала.

– Ксо. Я разрешаю тебе искупаться в священном озере-мизинце. Открой глаза, сними тунику и прыгай в воду.

– Да, господин. - Одной рукой оно сдернула шейный платок, а другой свою короткую юбочку, скинула сандалии. В результате из одежды на ней остался только разноцветный ремешок, прихватывающий роскошные каштановые волосы в пучок.

– Зови меня Панкрат.

– Да, Панкрат. - Маленькими шашками Ксо подошла к краю водоема, опять закрыла глаза и пригнула в озеро.

Все озера-пальцы мелководны. Уровень воды в озере девчонке по шею. С минуту Ксо стояла не шевелясь. Мелкая дрожь, которая охватила ее в первый момент, прошла и Ксо открыла удивленные глаза. Поплескала ладошкой перед собой, косо посмотрела в мою сторону и повернулась к берегу, чтобы вылезти из воды.