На острове сделал несколько шагов и встал под падающие струи водопада. Вода оказалась обжигающе холодной и, падая с большой высоты, очищала как мощная струя из брансбойта в вытрезвиловке. Постоял под душем всего несколько минут, лишь временами, как бодибильдер на соревнованиях, меняя позы. Ледяной поток пробрал до самых костей, пришлось по-быстрому свернуть водную процедуру. Выскочив из струй водопада на солнце, минут десять отогревался, дожидаясь пока с одежды стечет вода.

Закончив омовения и шагнув через Ворота на базу, поднялся наверх. Коротко бросил дежурному по команде.

– Смену одежды, - и прошлепал сырыми ногами в спальню. Скинул мокрую одежду, вытерся простынкой, причесался и переоделся в сухое. Доспех оставил в комнате и опоясался только ремнем с кинжалом.

Снова спустился вниз и шагнул из Ворот в храм Богов Света и Тьмы на Острове Отшельника. Щелкнул пальцами по бронзовому гонгу, оповещая о прибытии, и подхватил мешок с продуктами.

Насвистывая бодрый мотивчик, довольный жизнью и проделанной работой, с мешком на плече быстрой походкой направился в верхний поселок.

Здесь уже ждали. У накрытого стола выстроились четверо - жрецы в первом ряду и мои девочки во втором. Я с каменным лицом истинного помазанника Божьего проследовал к почетному месту. Величественно уселся и оглядел предложенное изобилие. На столе не было только птичьего молока. Со значением посмотрел в глаза Кенору, степенно кивнул и сказал.

– Мне будет приятно, если вы все четверо разделите со мной эту скромную трапезу, - широким жестом правой руки предложил рассаживаться по скамейкам. Жрецы и Керулла сели молча, а Ксо сказала.

– Повинуюсь, мой господин. - Я улыбнулся ей глазами и девочка, покраснев, опустила глаза.

Ни к кому конкретно не обращаясь, спросил.

– Может ли кто-нибудь рассказать про город Сиагру и свободных охотников? - С минуту все молчали, затем Керулла бросила взгляд налево направо, проявила инициативу и начала рассказ:

– Триста лет назад наш предок шах Лирея Ксентий решил извести в государстве всех преступников. Он издал закон, по которому за любое преступление следует отсечение левой руки и высылка на удаленный остров. С тех пор остров называют островом Безруких. Двадцать четыре года на остров привозили бандитов, насильников и убийц. Потом случилась беда. Шах Лирея отправил войска на войну с южным государством и в столице Кору осталась только немногочисленная охрана. Ночью к городу на плотах приплыло войско одноруких. Их было много и им нечего было терять. Они сожгли город, перебили всю охрану, захватили шаха и весь флот государства Лирей. Обратно подонки отплыли с шахом, женщинами, рабами и мастерами каменных работ. За десять последующих лет мастера каменщики выстроили неприступную крепость, которую назвали Сиагра, а безрукие стали называть себя свободными охотниками. Им нет равных в морских сражениях. Они злопамятны, кровожадны и сейчас поклоняются Богу Ярости. Бог Ярости самое черное зло. - Девушка споткнулась, посмотрела на меня с опаской, понимая, что сморозила некую двусмысленность, и, не заметив с моей стороны осуждения, продолжила. - Жрецом Бога Ярости может стать только Великий воин. Ему обязательно отрубают левую руку чуть выше запястья и в зависимости от ранга делают серебряный или золотой протез. - У меня мелькнула мысль, что бешенство, с которым на меня набросились пираты в таверне, могло быть во многом спровоцировано тем, что я демонстративно натянул на левую руку железную перчатку. Так сказать, - оскорбил их религиозные чувства, самозвано присвоив себе звание генерала.

Тем временем Керулла без эмоций и, глядя перед собой будто читала книгу, продолжала рассказ.

– Храм Бога Ярости находится где-то за городом в пещере.