На моем пути вояки успели выстроить фронт. Атаки с их стороны следовало ждать через пару минут. Я усмехнулся и, что называется, - не стал экономить патроны. Постоянно сближаясь, стрелять начал со ста метров. Выпустил сто двадцать стрел, положив всю переднюю шеренгу фронта. Минут через пять после начала расстрела линия фронта смешалась и возникла паника. Я опять вернулся к телегам, подхватил вторую связку вчерашних стрел. Обновил содержимое колчана и пристроил все, что еще оставалось, в тороках.

Пришпорил вороную и пошел в наступление на правый фланг. Мое приближение вызвало нездоровое оживление в рядах. Солдаты остановились и я выдал убийственные стрелы по нескольким сержантам, которые имели глупость продолжать командовать. После этого фронт правого фланга стал медленно отступать, загибаясь в сторону основной колонны. Но, как только я нацелился зайти ему в тыл, смешался и побежал.

На месте, как всегда бывает, осталась маленькая кучка стойких оловянных солдатиков. Обычно, вокруг них в каждом серьезном сражении собираются все остальные, но сейчас не тот случай. Я остановился в тридцати метрах и со снайперской точностью в течении минуты положил всех двадцать семь храбрецов. После этого в войсках наступил полный разброд и шатание. А самое главное - путь к центру колонны оказался открыт.

Я пришпорил вороную и галопом поскакал к трем повозкам. Все-таки, несмотря на все печальные события, пока меня не воспринимали всерьез. Армейцам казалось, что слишком уж несопоставимы силы. Я один, а их многие сотни. Поэтому отряды в центре попытались сделать то, чему их учили - выстроить черепаху из щитов. Но их черед придет позже. Меня интересовали кони и, как только они оказались в пределах выстрела, я выпустил три стрелы, поставив свою печать смерти, каждому из битюгов. Есть. Семнадцать ноль в мою пользу.

Осадив вороную, я заставил ее встать на дыбы, громко заржать и пройти несколько шагов на задних ногах. Очень эффектно. После чего с места вышел в карьер и направился к авангарду, где еще остались в живых два последних мерина. Ну и, конечно, ждала своего часа моя основная цель - главный мотор всей компании - Вечно второй.

Последних двух коней я уничтожил, чуть ли не с метров двухсот, чем привел в шоковое состояние всю головную часть колонны. Первый акт драмы сегодняшнего дня завершен. Теперь можно приступать к второму действию спектакля - охоте на симбионта. Я пересчитал оставшиеся стрелы - семьдесят три штуки и пополнил колчан.

Подъехав к строю метров на пятьдесят, попытался найти свою главную цель. Это оказалось сделать непросто. Подлый трус не изменил своей тактике и прятался в самом конце большой черепахи из щитов. Так, что между ним и мной оказалось никак не меньше шести рядов. Гнус позорный.

Я с шумом выдохнул, сконцентрировался и начал пробивать просеку в черепахе по направлению к Вечно второму. Двадцать стрел - двадцать трупов, сорок стрел - сорок трупов… Нет, пока на ногах стоит хотя бы один солдат, симбионту достанет ловкости держаться за его спиной. При таком раскладе придется мочить всех. Что нездорово… Поэтому положив шестьдесят три человека, я остановился. Затем, был вынужден отъехать на сотню метров. В моем направлении набегала группа из пятидесяти солдат из центра колонны.

В принципе, программу сегодняшнего дня я практически выполнил… даже с некоторым перевыполнением плана. Осталось сделать последнее - провернуть идеологическую диверсию и запустить в ряды противника агента влияния. Я повернул коня и по дуге направился обратно к арьергарду колонны. Нужно заняться захватом языка.

Для этого имелось две возможности. Первая вступить в схватку и постараться выхватить одного солдата из строя. В общем, не лучшее решение - есть вероятность получить в подарок метательный нож или дротик.